Любовь в прямом эфире

Джулия взбила подушки и прислонила к изголовью кровати именно так, как любил Спарки. Перед уходом она оставила на покрывале квадратную плитку шоколада в серебристой обертке. Джулия была единственной дочерью Спарки. Моя богиня, подумал Спарки, с удовольствием откинувшись на подушки и откусывая шоколад.

Да, дочь Спарки Дардена, владельца разбросанных по всему миру отелей, была для него всем.

Сейчас Спарки чувствовал себя сорокалетним, хотя на самом деле ему уже стукнуло шестьдесят восемь. Его рак пребывал в состоянии ремиссии и нисколько его не беспокоил. Спарки любовно пригладил серебристые пряди волос, сохранившиеся после химиотерапии, и задумался.

После того как в прессе было сообщено о свадьбе Джулии, ей начали приходить письма с угрозами. Поэтому Спарки решил включить видео и пересмотреть кассету, на которой были запечатлены события четырнадцатилетней давности, сделанные службой безопасности его поместья на Лонг-Айленде. Пленка потемнела от времени, поэтому бегущая вдоль лужайки черная фигура мужчины с закрытым лицом казалась едва различимой.

Мужчина был не глуп. Ему удалось отключить систему безопасности и погасить свет во всем поместье. Камеры наблюдения и датчики были установлены по всей территории, за исключением небольшого участка между домом и сельским шоссе, густо заросшего деревьями. Именно здесь мужчина и перелез через ограду. Затем пробежался по клумбам, увертываясь от живых изгородей и огибая скульптуры. Добежав до ступеней веранды, он очень осторожно поднялся по ним. Мужчина двигался пластично, как танцор.

Когда погас свет, в доме поднялась суматоха. Все пытались выяснить, в чем причина. Спарки взял фонарик и пошел открывать входную дверь. Только увидев, как блеснула сталь ножа, и почувствовав, как рядом просвистел воздух, он понял, что кто-то хочет перерезать ему глотку. Спарки вовремя отпрыгнул назад, успев заметить полные ненависти темные глаза, сверкнувшие через прорези лыжной маски.

Конечно, Спарки вел бурную жизнь. К тому времени как была создана «Дарден Энтерпрайзис», на него уже неоднократно покушались, он едва не обанкротился, женщины подавали на него в суд для установления отцовства в отношении их детей. В его жизни было много выпивки, гаванских сигар и распутных красоток. Но ни секс, ни деньги, ни слава не смогли скрасить его одиночества.