Любовь по завещанию

Денис.

Вглядываюсь в толпу людей, выходящих из здания вокзала. Каждые пять секунд смотрю на экран смартфона, а время не движется. Поезд должен был прибыть на перрон уже минут десять назад, а её всё нет. Мне гребанных тридцать четыре года, а я волнуюсь, как школьник. Снова смотрю на смартфон. Время не изменилось. Ищу девушку глазами среди толпы.

— Вон идёт. — слышу довольный голос Геннадия Петровича. Начальник службы безопасности беззаботно улыбается и кивает в сторону. И мой взгляд сразу натыкается на Дину. Она ничем не выделяется из толпы приехавших. Тёмные, как смоль волосы собраны в высокий пучок, черная кожанка, серое худи и темные джинсы, маленькая дорожная сумка через плечо. Но моё сердце всё равно пропускает удар, и я не могу отвезти взгляд. Кажется, что она стала еще красивее, чем я её запомнил.

— Дина, — улыбаясь протягивает мужчина и раскрывает свои огромные медвежьи объятия, в которые девушка мгновенно попадает, — сколько времени прошло? Не звонишь, не пишешь старику.

Старику? Петровичу у нас хоть и все пятьдесят шесть, но стариком он не выглядит точно. Больше 50 дать нельзя. Мне вообще кажется, что за последние лет 7 он ничуть не изменился. Может быть только седины прибавилось да должность повыше стала, а так…

— Дядь Ген, я так соскучилась, — Дина высвобождается из тёплых, почти отеческих объятий, и с теплотой смотрит на него. Затем переводит взгляд на меня, и улыбка немного угасает.

— Здравствуйте Денис Сергеевич, а вы меня я смотрю целой делегацией встречать приехали, да?

— Здравствуйте Дина. Или к вам теперь Дина Игоревна обращаться? Как ни как без пяти минут вы мой новый партнёр и совладелица фирмы. — я улыбаюсь, и вижу вымученную улыбку в ответ и совершенно потухший взгляд. Шутка не удалась.

— Рано еще по отчеству. Завещание огласят только завтра. Да и… И вашим партнёром был Дима. Не думаю, что смогу заменить брата в вашем деле.

Она отводит глаза и закусывает нижнюю губу. Диман, тоже так делал, когда нервничал. Всё-таки они безумно похожи. Брат и сестра, как ни как. Неловкое молчание прерывает Геннадий Петрович. Он предлагает сесть в машину. По дороге расспрашивает Дину про общих знакомых. Она сидит на заднем сиденье, положив подбородок на водительское и с нескрываемом удовольствием отвечает на его вопросы. Они вместе смеются, вспоминая прошлое, Диму, родителей. Я же еду молча, листаю чаты, отвечаю на сообщения. Я освободил оставшийся и завтрашний день от встреч, но какие-то вопросы решать придется даже дистанционно. Иногда поглядываю на Дину и понимаю, что скучал. Хотя, как можно скучать по человеку, которого видел всего пару раз? Не знаю. Но скучал.

Три года назад мы переехали в новое помещение. И я впервые увидел фотографию Дины. Он стояла на заставке компьютера её брата. Диман предупредил сразу, что за сестру убьёт любого. Враг или друг — не важно. Эти же слова он повторил мне, когда я увидел её в впервые в живую. Два года назад. Она впервые прилетела в столицу к брату, на его день рождения. На тридцатилетие. Он познакомил нас на вечере в ресторане. Дина, явно чувствовала себя не уютно среди не знакомых для нее людей. Она мило улыбалась, вежливо и аккуратно отвечала на вопросы. Но при каждом удобном случае сбегала на балкон. Как выразилась позже «слушать тишину». На этом балконе он нас и застал за милым невинным общением, но раздул из этого целую трагедию.

— Я тебе же говорил, что за сестру убью любого? Враг или друг разбираться не стану, просто сотру в порошок. Говорил? — Диман докуривает сигарету и смотрит мне в глаза.

— Говорил, — я хмыкаю и тушу свою, — но я же вроде ничего не сделал, мы просто болтали, твои… Подружки, многочисленные, сводили Диану Игоревну с ума своим навязчивым вниманием и …

— Ты решил ее спасти от непрошенного внимания? — Он вздыхает и взъерошивает волосы. — Ден, мы дружим с тобой не мало. Дружим так как очень похожи. Даже слишком похожи. Пожалуйста развлекай любую другую из гостей своим вниманием, но к Динке не подходи. Убью. Я не шучу.

Он хлопнул меня по плечу и вернулся я к гостям. А я стоял и понимал, что ни одна другая мне больше не интересна.

Второй раз в живую я увидел Дину полгода назад. На похоронах её брата. Она стояла и смотрела в одну точку. Не было слёз, криков и истерик. Кто-то удивлялся такому спокойному поведению, кто-то подходил выражал соболезнования и советовал ей поплакать «чтобы отпустить». Она смотрела стеклянными глазам в одну точку, а затем мягко коснувшись моей руки тихо попросила:

— Денис Сергеевич, увезите меня пожалуйста от сюда. Минут через 7 меня накроет истерика. Не хочу, чтобы они все это видели.

Я молча взял её за локоть, и мы поспешно направились в сторону припаркованного авто. Она шла ведомая мной. Спокойно, но на подходе к машине, девушку начала бить мелкая дрожь. От соседнего кресла Дина отказалась и дрожащей рукой открыла заднюю дверцу.