Любовь по ошибке

Елена

Пробка встала глухо, и я поняла, что не успею.

Великолепно! Опоздать на первую встречу с клиентом - это ни в какие лямки не лезет. И неважно, что он заинтересован во мне больше, чем я в нем. Зарабатываешь репутацию годами, а угробить ее можно любой мелочью за пять минут.

Впереди загорелся красный, я достала телефон и написала сообщение:

«Вениамин, прошу прощения, застряла в пробке».

Нажала на стрелочку «отправить» - и тут же впереди зашевелилось. Затор рассосался, как по волшебству. И даже место на платной парковке нашлось в двух шагах от ресторана. А я-то уже настроилась искать какую-нибудь щель в окрестных переулках.

Так, быстрый взгляд сначала в салонное зеркало, потом в пудреницу. Тушь не осыпалась, тени не скатались, нос не блестит, помада на месте. Включая сигнализацию, я еще раз придирчиво посмотрела на свое отражение в стекле Буратины. Поправила волосы, одернула платье. Все в порядке, можно идти. Всего на пять минут задержалась - не страшно.

Каблуки звонко цокали по асфальту. Немного мандражило - как обычно. Банкротствами и ликвидацией предприятий я занималась не первый год, специалистом считалась классным, и мои услуги стоили очень дорого. Но каждый раз перед встречей с новым клиентом внутри шевелился мятный холодок, как перед экзаменом. А вдруг не справлюсь?

И тут же включался азарт.

Что?! Чтобы Валевская не смогла грамотно обанкротить очередного лузера или жулика?!

Я вошла в «Абрикосова», царственно кивнула девушке-метрдотелю:

- Добрый день, у меня столик на семь часов. Елена.

- Прошу вас, - она сделала заученно приглашающий жест.

Далеко не все мои клиенты соглашались на первую встречу в офисе, и это было вполне понятно. Банкротство или ликвидация - дело щекотливое, а иногда на начальном этапе еще и строго конфиденциальное. Если при телефонном разговоре или переписке в сети высказывалось такое пожелание, я предлагала ресторан из своего привычного набора. Не

самый шикарный, но и не забегаловку. Бронировала столик сама, а клиенту предоставляла возможность оплатить счет.

Девушка привела меня в небольшой закуток, где четыре столика были отделены друг от друга перегородками. Один был занят, остальные девственно сверкали сервировкой. Похоже, Вениамин пунктуальностью не страдал. Меня такие вещи бесили очень сильно. Я терпеть не могла опаздывать, но еще больше ненавидела, когда опаздывали другие, не удосужившись предупредить.

- Добрый вечер, - хорошенький, как херувим, мальчик-официант положил на стол два меню.

- Закажете что-то сразу?

Я посмотрела на часы.

- Молодой человек, у меня деловая встреча. Должна быть. Если через десять минут не подойдут, я встаю и ухожу.

Он открыл рот, закрыл, кивнул и исчез.

Умничка. Сразу понял, как лучше. Все бы так.

Я действительно не собиралась ждать. В моем случае время - буквально деньги. И я могла позволить себе не работать с теми, кто раздражал. Если бы вдруг осталась поужинать, а он заявился, отказать было бы уже как-то... не очень. А так подождала, не дождалась - до свидания. Конечно, мое сообщение немного картину портило, я ведь сама опоздала, однако он вполне мог ответить: «Ничего страшного, я тоже задержусь».

Пискнул телефон, но это был всего лишь мой благоразумный ребенок. Тимофей добросовестно отчитался в Вайбере, что из бассейна они с бабушкой пришли, поужинали, и он делает уроки.

«Хорошего клиента!» - пожелал он вдогонку.

Для восьми лет Тим был слишком взрослым и серьезным. Иногда казалось, что он старше меня. Растила я его одна, точнее, с помощью мамы, которая жила через два дома. С Павлом, Тимкиным отцом, мы встречались два года и, вроде, даже собирались пожениться, но когда он узнал, что я беременна, тихо испарился. С тех пор мама не оставляла надежды, что я все-таки устрою свою личную жизнь.

«Лелечка, - говорила она, - нельзя же быть замужем за работой, да и мальчику нужен отец».

Если с первым я вполне соглашалась, то вот со вторым как раз была загвоздка. Ни один из мужчин, с которыми я встречалась за эти годы, на роль отца не подходил. По разным причинам. Кто-то оказывался женат, кто-то не горел желанием воспитывать чужого ребенка, кто-то не годился в принципе. Сильно осложняло дело и то обстоятельство, что из-за большого объема работы общалась я в основном с коллегами и клиентами. И если среди первых еще оставался шанс найти кого -то годного, то клиенты мои, за редким исключением, были либо классическими неудачниками, либо типами, по которым рыдала тюрьма. Ни то, ни другое меня, разумеется, не устраивало.

На исходе восьмой минуты в проходе появился мужчина. Вполне так импозантный. Явно недешевый костюм, белая рубашка без галстука, идеальная стрижка, короткая борода. Мой ровесник или чуть постарше. В руке темно-красная роза на длинном стебле. И несколько растерянное выражение на лице. Впрочем, это как раз было нормальным. Признать себя оленем или мошенником перед незнакомой женщиной, пусть даже юристом, особенно если это в первый раз, не самый приятный момент.

- Елена? - голос у него был мягкий, низкий.