Любовь на коротких волнах

Ярослава.

Определенно, сегодня был не мой день.

И начался он с того, что будильник не зазвонил.

Ну а внутренний будильник, понятное дело, у меня сработал только тогда, когда до эфира осталось всего сорок минут, из которых тридцать мне добираться до работы.

В полутьме квартиры, даже не тратя время на то, чтобы умыться, я быстрее некоторых пожарных натянула спортивный костюм, куртку и шапку, схватила сумку, в которой,надеюсь, быловсё, что мне понадобится сегодня, и выскочила из подъезда.

Чтобы тут же споткнуться о здоровенного кобеля.

- Осторожнее! - завопил кобель... тьфу ты, его хозяин, Виталик с четвертого этажа. - Проспала?

- Угу, - буркнула и понеслась к метро, но тут же взвыла. Потому что понеслась прямиком через глубокую огромную лужу, наполненную ледяной жижей.

Ненавижу февраль.

Кроссовкимоментально набухли водой, а по ногам полоснуло холодом. Ругаясь, я залетела в вожделенную букву М:проездной, понятно, закончился и пришлось покупать новый, потом пробиваться сквозь единственный работающий проход и втискиваться в вагон, на удивление переполненный для семи утра.

Хотя нет, семи еще не было.

И это хорошо, потому что в семь я должна была быть на месте.

Без пятнадцати я выхожуна нужной станции; бегучерез дорогу к нашему красивенному бизнес-центру, расталкивая прохожих и не обращая вниманияна недовольные гудки автомобилей. Ноги ужесовсем ледяныеи почти не слушаются- быстрей быв тепло!

Без десяти.

Вваливаюсь в холл, по пути машу рукой девчонкам на ресепшн - сегодня на страже Маша и Катя, моя любимая смена, - вытаскиваю пропуск и на ходу провожу им через турникет. С тоской замечаю, что первый лифт на ремонте, второй уже уехал, еще один только что закрыл двери, а последний...

Ура! В него только что кто-то зашел, значит,я успеваю!

Я, практически, осваиваю сверхзвуковую скорость, проношусь мимо незнакомых амбалов, которые, почему-то, шокированно на меня смотрят, и влетаю, наконец, в вожделенную коробочку. Жму на семнадцатый. Ура,двери закрываются!

- Юхуууу! - вскидываю победно кулачки и понимаю, что нажата кнопка только моего этажа. Мой попутчик тоже к нам, или же я помешала человеку воспользоваться панелью управления?

- Вам какой? - спрашиваю деловито, уже выставляя указательный палец, чтобы использовать его по назначению.

В ответ тишина.

Я недоуменно разворачиваюсь и утыкаюсь взглядом в...

Хм, монолитную грудь в сером пиджаке. Охранник какой - нибудь? Они у нас мощные.

Поднимаю голову выше, рассматриваю широченную шею - загорелую, между прочим, что особенно подчеркивает белоснежный воротничок.Интересно, такой загар в солярии бывает? И, сглотнув, задираю голову окончательно.

Блин, сколько ж он метров? Три? Такое чувство, что короткостриженной макушкой мужчина упирается в потолок лифта.

Красивая,кстати, макушка у него, породистая. Форма прям загляденье, а вот черты лица слишком грубые и резкие. Зато глаза невероятные:серо - стальные, в обрамлении густых черных ресниц.

В глазах - глубокое изумление.

Наверное, из-за того, что я так его рассматриваю.

Я отворачиваюсь, чтобы не смущать незнакомца и утыкаюсь взглядом в пол. И тут же забываю о всех породистых, что торчат сзади, потому как вижу забрызганные по колено ноги, грязную лужу, натекшую с моих кроссовок, и снова чувствую, точнее, не чувствую, свои замерзшие ноги.

Мелькает мысль, что надо разуться, а то меня уборщица в офисе прибьет!

- Твою ж! Ой, извините... Жуткое утро, - это я незнакомцу.

Быстро стягиваю обувь, хочу и носки стянуть, но не успеваю - лифт мягко тренькает, и я выпадаю в родное пространство, бегу босиком, оставляя влажные отпечатки - но хотя бы не реки грязи - заваливаюсь в студию - без двух минут! - и начинаю стаскивать с себя куртку и мокрые носки.

Валюсь в уже освобожденное кресло, тут же натягивая наушники. Успела!

Конечно, я должна быть на месте в шесть тридцать, но ведь первый раз опоздала; надеюсь, злое начальство голову мне не снесет. Робко смотрю в сторону кабинета за стеклом. Начальство грозит пальцем. Делаю совсем жалостливое лицо и просяще тыкаю в кофемашину. Начальство в ответ сурово хмурит брови, но идет к агрегату. Ура, скоро, совсем скоро, кофеечек в кровь залью! И, похоже, не только кофеечек мне положен - вон и Стас, ночной радиоведущий, стаскивает плед с барского дивана и направляется ко мне.

Ну не для того, чтобы удушить, надеюсь.

А жизнь то налаживается!

И когда на часах пиликает семь, я нажимаю кнопку и в отличном настроении произношу привычное приветствие:

- Доброе утро, мой город!

Павел.

Последние несколько дней он почти не спал - пытался исправить ситуацию, в которую его загнали нерадивые партнеры и коммерческий директор.

Уроды.

На языке вертелись и другие слова, но Павел обычно ими не разбрасывался. Он просто делал и все - так что уродам недолго осталось работать, если не удасться все наладить. Потому и на работу он явился сегодня еще до семи, хотя обычно приходил позже, после спортзала.