Любовь Митчелла

Маленькая квартирка переносит нас куда-то в шестидесятые, благодаря интерьеру, продуманному до мелочей. Оттенки, мебель, зеркала, даже декоративная рамка для современного телевизора! Будто в прошлое попал.

Приятный аромат дорогих женских духов перебивает трупный запах. Он совсем слабый, телу, от силы, сутки, но жилье успело пропитаться трупной вонью даже за столь короткое время. Замечательный нежно-розовый цвет стен и гармоничная обстановка квартиры будто сразу потускнели и стали лишь красивенькими вещами, которым грош цена.

Хозяйка квартиры скончалась предположительно в период с двадцати часов прошлого дня до двух настоящего. Душитель обложил тело пакетами со льдом и оставил включённым кондиционер на шестнадцать градусов, что затрудняет определение реального времени смерти.

Полицейским в переноску едва удалось затолкать белоснежного йоркширского терьера по кличке Бонжур. Он тявкает, наблюдая, как незнакомые люди ошиваются вокруг его мёртвой хозяйки.

Гостиная, столовая и кухня плавно переходят друг в друга. Фактически, это всё одна сплошная комната. Гостиную, разве что, от столовой и кухни отделяют невесомые белые занавески. Они служат украшением, по большей части, и аккуратно подвязаны у стен.

На невысоком столике у дивана с пышными подушками оставлен фужер с недорогим розовым шампанским. Хозяйка квартиры, похоже, обожала этот напиток: в мусорном ведре лежит пустая бутылка, а в холодильнике – лишь наполовину полная. Кстати, первая бутылка была, хоть и тоже с розовым шампанским, но очень качественным, в отличии от второй.

На обивке дивана я также обнаружил следы шампанского. Предположительно, оно попало сюда, когда открывали бутылку.

Всё на том же диване брошен шёлковый белоснежный пеньюар и пара чулок телесного цвета. Не то хозяйка лениво раздевалась, не то она была не одна накануне смерти. Однако, второе я не решусь утверждать без тщательно обыска.

– Норма Джин Бейкер. – сообщил Дормер, изучая документы убитой. – Чёрт, да и вправду похожа! – воскликнул он с довольной усмешкой. – Смотри, – детектив показал фотографию в паспорте девушки, – вылитая Мэрилин Монро! И имя у неё… её.

– Что? – уточнил я. – Ты её уже видел?

– Да. – кивнул Мэттью и передал документы Колину. – Задушена. Когда душили, ей сломали нос и, кажется, пару рёбер. – ответил он.

– Это всё? – уточнил я, краем глаза наблюдая за работой Майка.

– На тумбочке куча антидепрессантов и сироп от аллергии. – вмешался криминалист. – Я согласен с Мэттом, очень похоже на убийство Мэрилин! – возбуждённо сказал он и снял фотоаппарат с шеи. – Даже странно. – Стенли пожал плечами.

Девушка лежит на животе абсолютно раздетая. Спина едва заметно поблёскивает от массажного масла с лёгким ароматом манго. Наибольшая концентрация блеска в районе лопаток. Вряд ли мисс Бейкер каждого встречного тащила в квартиру, раздевалась и просила помассировать спину. Замужем девушка не была, следовательно, подозрения сразу падают на любовника.

Бутылочка с остатками массажного масла нашлась среди лекарств на прикроватной тумбочке.

Большую часть тела скрывает пододеяльник, а в ногах скомкан тяжёлый шерстяной плед. Упасть на пол ему не позволило изножье кровати. Некогда идеальная причёска Бейкер растрёпана. Волосы из-за обилия средств для укладки слиплись в неприглядные клочья.

На кровати две подушки. Обе взбиты и практически нетронуты. Пододеяльник, несмотря на то, что он довольно большой, всего один. Смею предположить, Норма Бейкер жила одна и, возможно, изредка приводила в дом мужчин: в квартире ни мужских вещей, ни запаха. Поза девушки хоть и похожа на естественную, но что-то меня в ней настораживает. Будто она боролась с кем-то, будучи прижатой к кровати. Это подозрение подтверждает сломанный нос и рёбра.

Норма лежала на животе, когда убийца вдавил её голову в подушку, а затем и грудную клетку прижал к постели. На спину, душитель, похоже, надавил коленом. На правом боку Бейкер сломанные рёбра даже видно невооружённым взглядом: кожа не повреждена, но пара костей неестественно выпирают.

Убийца, вероятно, душил девушку в приступе ревности.

Я и Майк осторожно перевернули тело на спину. Длинные, пушистые ресницы девушки густо накрашены тушью и слиплись. К моему удивлению, ресницы не накладные или нарощенные, а свои. Тёмные брови слегка подкрашены, на щеках остались едва заметные следы совсем лёгкого, почти прозрачного тонального крема. В уголках губ видно немного помады натурального розоватого оттенка, а по контуру прослеживается след карандаша того же цвета.

Красивая девушка была. Даже огромное трупное пятно и сломанный нос несильно это изменили. Особенный шарм её лицу придавала крошечная тёмная родинка над верхней губой.