Любовь и грезы

Шум голосов в зале заседаний поднимался и стихал, подобно гулу ветра во время шторма, Кэролин, делая вид, что читает журнал, приподняла его чуть повыше. Это помогало не видеть озабоченные лица других девушек, которые, как и она, ожидали решения пяти мужчин, находившихся по ту сторону двери.

Собеседования с кандидатами на должность помощника библиотекаря были закончены. Претенденткам теперь оставалось только ждать решения, что, очевидно, было самым трудным. Остальные девушки болтали, иногда начиная нервно хихикать.

Кэролин хотелось присоединиться к ним, постараться не чувствовать себя виноватой, нечестной, одним словом, обманщицей, хотелось опустить этот глянцевый журнал и быть с ними — промывать косточки членам конкурсной комиссии так же хладнокровно и временами безжалостно, как эти девушки.

Но их разделял барьер, ее и пятерых девушек. Они этого не знали, но у Кэролин была рука во вражеском лагере. Там, за дверью, сидел ее дядя, он же — председатель библиотечного комитета, один из старейшин, имевший сильное влияние на внутренние дела этого процветающего приморского городка южного побережья. Также она знала, что в данный момент он использует все свое влияние, чтобы подвести остальных членов комитета к необходимости назначить на эту должность именно ее.

Хотя дядя принимал участие в собеседованиях с остальными девушками, когда экзаменовали ее, он не проронил ни слова. К молчанию его обязывали правила, обязательные для любого члена совета, являющегося родственником кандидата. Но теперь она могла слышать его голос, настойчивый, громкий, как если бы он был не в состоянии более сносить запрет, наложенный на него этим правилом. Казалось, он с кем-то спорил, послышался и другой раздавшийся в ответ голос — твердый, рубящий, сердитый, словно его владелец был категорически не согласен с тем, о чем говорил ее дядя. Присоединились другие голоса, и дискуссия вспыхнула с новой силой. Дядин оппонент, кем бы он ни был, казалось, сопротивлялся с неослабной решимостью и — перед лицом столь неравных шансов — даже с некоторым отчаянием, как если бы битва уже была проиграна.

Кэролин с некоторым удивлением задавала себе вопрос: чей же это голос? Для того чтобы это установить, она слышала недостаточно отчетливо: дверь зала заседаний была почти такой же толстой, как двери в тюрьме, но она почувствовала, что не хотела бы иметь врагом владельца этого голоса.

Дверь открылась, и вышел один из членов совета.

— Мисс Лайл, — произнес он и улыбнулся.

Кэролин положила журнал и направилась к нему. Итак, ее дядя одержал победу.

Именно его родное лицо она искала глазами, как только вошла. Он весь сиял от удовольствия, покачиваясь взад-вперед на своем стуле, подобно маленькому мальчику, который наконец-то добился своего.

Затем кто-то сказал:

— Мы имеем удовольствие предложить вам должность помощника библиотекаря, мисс Лайл. Вы согласны занять это место?

Она посмотрела на дядю, ища поддержки, увидела, что он возбужденно кивает, облизнула губы, которые почему-то пересохли — она была счастливым претендентом! — оглядела лица, смотревшие на нее, открыла рот, чтобы ответить, и поймала выражение лица человека, сидевшего в конце длинного стола. В нем было столько разочарования, гнева, что она в страхе сжалась. Ее губы закрылись, не произнеся ни звука.

— Соглашайся же, дорогая, — услышала она дядин шепот. — Отвечай, отвечай.

Она оторвала взгляд от напугавшего ее лица и пришла в себя.

— Да, спасибо, — пробормотала она голосом маленькой девочки, отвечающей на вопрос, хорошо ли она провела время на вечеринке.

Четверо из пяти засмеялись. Они смеялись довольно и с облегчением, несколько человек были членами совета и знали ее не один год. Но пятый… пятый взял лежавший перед ним лист бумаги, смял его в плотный комок, швырнул в урну и поднялся. Это был высокий мужчина, его широкие плечи выглядели так, словно могли нести неограниченную ответственность, а глаза на сильном красивом лице сверкали гневом. Инстинктивно девушка поняла: это ему принадлежал голос злейшего противника убедительной речи ее дяди.

Кэролин увидела, что дядя бросил на него взгляд мельком. Он сказал ей:

— Мистер Хиндон — заведующий библиотекой, дорогая. Он отвечает за нее, впрочем, ты будешь получать распоряжения только от него, так ведь?

Остин Булмэн поднялся:

— Э… э… Мистер Хиндон, моя племянница, Кэролин. Теперь член вашего коллектива…

Заведующий библиотекой посмотрел на девушку, и она почувствовала злобно сверлящий взгляд на своем лице. Кэролин вспыхнула, но не от смущения, а от гнева. Она напряглась, пристально посмотрела на него и отбросила вызов обратно — пока не поняла, что через несколько дней он будет ее начальником, а она — незначительным членом его штата.