Лувр

Давно известно, что Париж является самой настоящей находкой и для искусствоведа, и для простого любителя искусств. Это музей под открытым небом, хотя большинство исследователей считают, что Париж лишен архитектурного единства Флоренции, окутанной очаровательным флером Ренессанса, и строгой торжественной классики санкт-петербургских строений.

Париж продемонстрирует своему гостю самые разнообразные стили и направления; заворожит прозрачным кружевом церковных башен Сен-Жермен-л’Оксерруа, вблизи которых высится массивная и по-средневековому мрачная колоннада Лувра. Практически на одной линии находятся тающая в парижском мареве, почти прозрачная, знаменующая собой победу века железа и бетона Эйфелева башня и Военная школа – классический образец, почти символ французского зодчества XVIII столетия.

Интересно сочетаются полукруглый купол Дома инвалидов, возведенный Людовиком XIV, с Гран-пале и Пти-пале, выстроенными специально ко Всемирной выставке и находящимися около моста Александра III. Вокруг Дворца правосудия повсюду можно видеть строения, относящиеся к XVIII–XIX столетиям; и все эти здания окружают ажурную и кажущуюся почти невесомой церковь Сент-Шапель – готический шедевр. Однако все это разнообразие не создает ощущения беспорядочности, поскольку каждый из архитекторов, создававших свой шедевр, ориентировался на вкусы предшественника, стараясь гармонично вписать новое здание в окружающую его обстановку.

В настоящий момент Париж представляет собой город, застроенный до предела, и здесь исключением можно считать только Дворец ЮНЕСКО и Дворец радио.

Естественно, что музеи искусства являются продолжением этого города-музея. Мощные аккорды архитектуры поддерживаются многообразными, яркими творениями мастеров живописи, и все это великолепие является словно застывшей памятью для современников, напоминанием о давно канувших в Лету эпохах, о бессмертии человеческого гения. Все музеи Парижа как бы сконцентрированы около Сены, и их территория открывается как на ладони, с любой высокой точки. Например, можно подняться на Эйфелеву башню и взглянуть со смотровой площадки на правый берег реки. Гость сразу же видит огромный Лувр, словно живое существо, распростершее крылья, одно из которых стелется по набережной Тюильри, а другое – по улице Риволи. Между этими крыльями расположились Зеленый партер и арка Карусель.

Квадратный двор Лувра и стеклянная пирамида

Не менее любопытно посмотреть на Лувр с высоты знаменитого собора Нотр-Дам. Бесснежной французской зимой или в сиреневой дымке ранней весны, когда деревья еще не покрылись пышной зеленой листвой, четко видны южный фасад здания и левое дворцовое крыло, завершением которого служит Павильон Флоры. Так неразрывно связан Лувр с памятниками и всем внешним обликом старого города. Наверное, как ни в одном другом памятнике, в Лувре всегда жил и до сих пор живет дивный гений французского народа.

Прежде чем начать рассказ о Лувре, непременно следует сказать хотя бы несколько слов об истории возникновения Парижа. Этот город появился настолько давно, что Франция тогда еще не существовала как государство. Первый город на реке Сена был выстроен даже не галлами – предками современных французов, а римлянами. Галлия всегда отличалась необыкновенным богатством и плодородием, а потому неизменно привлекала интересы своего южного соседа – Рима.

Юлий Цезарь – наместник Галлии – достиг Сены в 52 году до н. э. Римский консул был поражен прелестью зеленого острова, расположившегося в излучине реки. В то время остров являлся местом жительства кельтов – паризиев. С прибытием римлян кельтам пришлось несколько потесниться и уступить место для гарнизонного городка, который получил название Лютеция. Остров именовался Сите, что в переводе с французского означает «город». Римляне застроили местность самыми необходимыми, на их взгляд, помещениями – термами-банями, а также устроили цирк, где могли проводиться гладиаторские бои (это место называлось Арены Лютеции, и до сих пор парижане могут видеть их развалины в районе Латинского квартала).

Изменилось название Лютеции с 358 года. Ее стали называть, благодаря кельтским племенам, Цивитас Паризориум, что, конечно, означает «город паризиев». Далее название упрощалось больше и больше; сначала оно сократилось до Паризии, а затем преобразовалось в сохранившееся до наших дней – Париж.