Суждения и беседы «Лунь юй»

Все права защищены.

В книге читателю предлагается научный перевод конфуцианского трактата «Лунь юй», выполненный А.Е. Лукьяновым. Перевод сопровождается комментариями, достаточными для свободной ориентации читателя в содержании трактата. Историческое исследование, историко-философское исследование и подробные комментарии к «Лунь юю» читатель при необходимости найдет в других изданиях, выпущенных Институтом Дальнего Востока РАН (см. А.Е. Лукьянов. Лао-цзы и Конфуций: Философия Дао. М., 2000; Л.С. Переломов. Конфуций и конфуцианство с древности по настоящее время (V в. до н. э.-XXI в.). М., 2009).

Изложение «Лунь юя» на китайском языке имеет свои особенности, которые переходят в научный перевод и требуют специальных пояснений. Филологически обработанный китайский текст «Лунь юя» разбит китайскими специалистами на главы и параграфы. Названия глав даются по первым значимым иероглифам, параграфы пронумерованы, что сохранено в переводе.

Главный герой «Лунь юя» – Конфуций. В тексте он встречается под полными и сокращёнными именами: Кун-цзы, Чжунни, Цю – от полного имени Кун Цю; Цзы (Учитель) – от полного имени Кун-цзы.

Другие персонажи «Лунь юя» встречаются в китайском тексте под полными и сокращёнными личными именами и прозвищами, иногда даже в одном параграфе. В таких случаях рядом с прозвищем или неполным именем в круглых скобках ставится имя, определяющее персонаж.

Дао и Дэ в функции универсалий сохраняются в китайской транскрипции и пишутся с заглавной буквы, в других терминологических функциях переводятся как «путь», «добродетель» и т. д. в зависимости от значений в тексте и контексте.

Универсалия жэнь из архетипа у чан — «пяти-и-пяти постоянств» в научном переводе переводится как «человеколюбие», в поэтическом – как «человечность» и «человеколюбие». Только в двух параграфах вследствие частоты построчного использования универсалия жэнь сохранена в китайской транскрипции.

Учитель сказал:

– Изучать и вовремя применять на практике,

разве это не приятно!

Встретить друга, прибывшего из далёкой стороны,

разве это не радостно!

Быть неизвестным людям, но не испытывать обиды,

разве это не качество благородного мужа!

Ю-цзы[1] сказал:

– Редко встречается такой человек,

кто, проявляя сыновнюю почтительность

и преданность старшим братьям,

любит выступать против верхов.

Вовсе нет таких,

кто не любит выступать против верхов,

но любит сеять смуту.

Благородный муж трудится над основой,

основа утверждается, и Дао рождается.

Почитание родителей и старших братьев —

это и есть основа человеколюбия!

Учитель сказал:

– Ловкая речь и притворное выражение лица

редко сочетаются с человеколюбием.

Цзэн-цзы[2] сказал:

– Я в день трижды вопрошаю себя:

Даю совет другому, а честен ли в помыслах?

С друзьями общаюсь, а верен ли дружбе?

Наследую заповеди, а претворяю ли их в жизнь?

Учитель сказал:

– Управляя царством,

способным выставить тысячу колесниц,

почтительно служи и опирайся на доверие;

сокращай расходы и люби людей,

используй народ в соответствии

с круговоротом времён.

Учитель сказал:

– Молодые люди должны дома проявлять

сыновнюю почтительность,

а вне дома уважать старших,

быть внимательными и честными,

безгранично любить народ

и сближаться с человеколюбивыми.

Если при этом остаются силы,

то их тратьте на изучение культуры.

Цзы Ся[3] сказал:

– Если о том,

кто, уважая достоинство,

превозмогает тягу к сладострастию;

кто, служа отцу и матери,

способен напрячь все свои силы;

кто, служа государю,

способен пожертвовать собой;

кто, общаясь с друзьями,

верен данному слову,

3 Цзы Ся (Бу Шан, род. в 507 г. до н. э.) – ученик Конфуция.

хотя и скажут, что не учён,

я непременно назову его учёным.

Учитель сказал:

– Если благородный муж не серьёзен,

не достигнет авторитета,

то, приступив к учёбе, не достигнет прочности.

Главным считайте честность и доверие.

Не заводите дружбу с теми, кто хуже вас.

Если делаете ошибку, не бойтесь исправить её.

Цзэн-цзы сказал:

– Если тщательно блюсти погребальные обряды и траур,

чтить давно умерших предков,

то добродетель народа снова возродится.

Цзы Цинь[4] спросил у Цзы Гуна[5]:

– Учитель, прибывая в какое-либо царство,

непременно узнавал о принципах его управления.

Он спрашивал об этом,

или же ему это давалось само?

Цзы Гун ответил:

– Учителю это давалось благодаря тому,

что он был мягок, добр, вежлив, скромен и уступчив.

То, как это узнавал Учитель,

во всём отлично от того,

как это узнают другие, не так ли?!

Учитель сказал:

– Отец жив – вникай в его стремления.

Отец умер – вникай в его дела.

Три года ничего не меняй в Дао отца,

это и можно назвать сыновней почтительностью.

Ю-цзы сказал:

– При совершении ритуала согласие —

вот что ценно.

Дао преждерождённых ванов,

сколь прекрасно оно!

В малом и большом исходите из него.

При этом есть то, чего не следует допускать.

А именно: знать,

что такое согласие и добиваться согласия,

но не скреплять его ритуалом —

так поступать нельзя.

Ю-цзы сказал: