Лукреция Борджиа. Лолита Возрождения

Ее называют исчадьем ада и немыслимой распутницей, обвиняют во всех грехах, какие могут быть у женщины, кроме, правда, одного – отсутствия материнского инстинкта. Матерью Лукреция, даже по мнению презирающих ее, была хорошей…

История этой семьи – ярчайший пример, как из мухи на страницах книг можно вырастить даже не слоника, а целого взрослого мамонта. За что ни возьмешься, все оказывается непроверенными слухами, почему-то возведенными в ранг документальных свидетельств, домыслами или просто пасквилями.

Это вовсе не означает, что семейство отличалось высоконравственным поведением, Борджиа не были святыми, напротив, были распутны, жестоки, любили деньги и власть, но… не больше, чем окружающие их люди! Просто все недостатки того, кто стоит выше остальных, особенно хорошо заметны. А завистникам тем более.

Удивительно, но стоит только задаться вопросом, откуда взяты страшилки о кровожадности, инцесте, жестокости Борджиа, свидетельства тут же рассыпаются, как карточный домик. Все основано на слухах: «одна бабушка сказала». Даже у серьезнейшего автора многотомной «Истории средневекового Рима» Грегоровия в основе утверждений сплетни, догадки, домыслы…

Сожительство Папы со своей дочерью Лукрецией? Но у Александра в то время была Джулия Фарнезе – куда более красивая и горячая любовница, чем тринадцатилетняя голенастая и еще не оформившаяся дочь (ее первому официальному мужу Джованни Сфорца даже запретили пока исполнять супружеский долг).

Кстати, Лукреция вовсе не была писаной красавицей, разве что имела прекрасные золотистые волосы и голубые глаза. Обе невестки Родриго Борджиа оказались гораздо красивей, просто отец свою дочь любил и оберегал больше других.

На свадьбе Лукреции плясали полсотни голых проституток, а Папа лично бросал за корсажи дам сладости? На деле оказывается, что при переводе старинных текстов слово «sinura» (подол) было вольно заменено словом «corsage», что, согласитесь, не одно и то же. Просто подвыпивший понтифик (ничего удивительного, свадьба любимой дочери) приказал наградить участниц какого-то представления, преподнеся им большущие подносы с воздушным печеньем. Дамам оказалось не во что набирать дары, и они подставили… подолы своих верхних юбок. Верхних, заметьте, а было таковых штук по шесть на каждой. А уж когда развеселые кавалеры еще и стали кидать в эти подолы сладости издали… Разврат!

Подол не корсаж, но муха на глазах раздулась до гигантских размеров, и поднятые верхние юбки превратились в обнаженные тела… весьма строгие донны (например, испанка Адриана Мила, всегда ходившая только в черном в знак траура) и вовсе переименованы в проституток, а обычный, хотя и роскошный пир – в оргию.

Это один из примеров, остальные такого же качества. И все же разврат был, и инцест, возможно, тоже, просто это Кватроченто, конец XV века, когда такие вещи ни у кого не вызывали смущения. Женщина, не имеющая любовника, неполноценна, мужчина, не переболевший венерическими болезнями и не проводящий ночи у проституток, импотент. Именно в это время привезенный из Нового Света сифилис (не бытовой!) превратился в Европе в настоящую эпидемию, унесшую немало жизней.

По утрам трупы в Тибре находили десятками, и это никого не удивляло. Хотя едва ли их всех убивали Борджиа.

А как же со знаменитым ядом Борджиа (даже название придумали – карталена), тем, который без вкуса и запаха и убивал через некоторое время, но точно рассчитанное?

Ни единого достоверного свидетельства применения этого яда нет! Медики вообще утверждают, что такое невозможно. Яды могут убивать мгновенно, когда человек погибает, едва коснувшись его губами (цианиды). Могут действовать медленно, тогда жертва либо угасает, либо умирает в долгих мучениях. Но не существует ядов, которые действовали бы через какое-то время (бывало до месяца!), причем человек после принятия яда жил, как ни в чем не бывало, а потом вдруг окочуривался с симптомами, например, дизентерии.

Доказательства, что Борджиа таким пользовались? Очень просто, ведь умирали же кардиналы, побывавшие на обеде или ужине у Папы! Чтобы понять, что это притянуто за уши, достаточно просто вдуматься. Большинство кардиналов немолоды, а на пирах у Папы бывали все, понтифик редко проводил вечера в одиночестве. Но если умирал человек, тут же принимались вспоминать, бывал ли он у понтифика? Конечно, выяснялось, что бывал. День, неделю или даже месяц назад, но пировал. Вывод однозначен: отравили! И какая разница, что со времени пира у одного прошло пять дней, а у другого двадцать? Это свидетельствовало только о точном расчете отравителей.