Лучшее в моей жизни

Марина думала, что во многом ей в жизни здорово повезло – и уж точно повезло с друзьями, приятелями и просто знакомыми. Это свое везение она стала осознавать, наверное, класса с пятого, с последних четвертей… В сущности, это не так и важно. Важно то, что их банда сдружилась именно тогда – в феврале или марте пятого класса. Нет, наверное, все-таки в марте. А впервые Марина это почувствовала в апреле.

Уроки физкультуры проходили уже на свежем воздухе. Учитель Анатолий Николаевич, никем не любимый и не уважаемый, но очень жесткий, затеял эстафету. То есть бег, да командный и с командной же ответственностью. На этот раз учителю хватило ума на то, чтобы позволить 5 «Б» самому разбиться на команды. И вот тогда оказалось, что Марина Лебедева, которая толком не может бегать, потому что быстро задыхается, никому не нужна. Ведь все команды хотели победить.

Но это только сначала так показалось – через минуту команда, в которой собралась, как сказали бы сейчас, элита класса, втащила Марину в свой круг. Ребята поставили ее первой, а потом легко отыграли отставание и пришли к финишу первыми.

Много раз их «банда» – именно так они себя называли – участвовала в самых разных соревнованиях, олимпиадах, конкурсах и состязаниях. Вместе они всегда побеждали: кто-то быстрее всех бегал и знал, как организовать команду, кто-то лучше всех соображал в математике и создавал команду из тех же людей, но в другой последовательности, кто-то лучше всех знал химию… К окончанию школы уже все учителя знали, что «банду» из «Б» класса лучше не разлучать, – они даже сидели в одном ряду.

Потом были институты – тут уже не получилось поступить всем вместе, – но зато получилось всем вместе готовиться. И, конечно, они все поступили – кто в медицинский, кто в университет на иняз, кто в экономический. Жизнь изо всех сил пробовала растащить банду из «Б» класса, и произошло это, только когда они все перешагнули 35-летие… Уход талантливого математика Валика Стригалева, больно отдавшийся в их душах, в общем, сделал бывших одноклассников еще дружнее.

Они все так же помогали друг другу, все так же кого-то ставили первым в эстафете, чтобы потом отыграть отставание. Только теперь это были эстафеты куда более серьезные. Но всем вместе им по-прежнему было весело и славно. И все вместе они по-прежнему много чего могли.

Непонятно, почему Марина вспомнила об этом сейчас. Она уже давно вполне уверенно стояла на ногах – была хозяйкой и главным двигателем отличного кадрового агентства, помогала сначала своим ребятам подобрать команду, потом приятелям своих ребят, потом приятелям приятелей. Точно так же помогали Марине и ее друзья – Димка Яворницкий еще до отъезда из страны подобрал и помог выкупить отличное программное обеспечение, Галочка Ляхова посоветовала, где искать переводчиков-фрилансеров (и на первых порах тоже толмачила при необходимости), Жорик Костюков посоветовал здание бизнес-центра, где лучше всего арендовать помещение.

Да, она, как и прежде, не могла быстро бегать – сразу задыхалась, и даже ерундовский подъем по лестнице на седьмой этаж заставлял ее потом долго переводить дыхание. Но Марина почти не обращала на это внимания. «Сосуды, наверное», – отмахивалась она от сочувственных взглядов и советов и бежала по жизни дальше, поскольку всегда что-то нужно было сделать срочно, «на вчера», или потому что «кроме тебя, никто этого не сможет».

Ведь жизнь каждого из нас, по сути, та же эстафета: тут тоже важно выбрать правильную последовательность этапов и – в идеале – прийти к финишу (лучше промежуточному) победителем. Пусть и с легкой одышкой.

День обещал быть не самым сложным. Конечно, если хорошо подготовиться. А Марина хорошо готовилась к работе всегда, мама называла это «комплексом отличницы», а друзья и коллеги давно уже привыкли к этому и удивлялись, когда у нее вдруг что-то шло не так.

Да-да, каждый раз она готовилась к собеседованию, как к самому важному экзамену. И каждый раз ее помощница спрашивала:

– Мариша, ну как? Как прошло твое собеседование?

И каждый раз Марина отвечала:

– Без сюрпризов. Я знала, что он подойдет.

И помощница тут же привычно повторяла:

– Это потому, что выбирала так, как будто собиралась брать его в мужья.

– Если бы я этого парня собиралась брать в мужья, я бы изучила даже анкету его стоматолога.

И почти всегда слышала в ответ:

– С такими успехами ты никогда замуж не выйдешь. Надо же как-то людям доверять, что ли…

– У меня нет для этого никаких оснований, – неизменно отвечала Марина. – Все свободные мужики в моем возрасте либо геи, либо невротики, либо просто маменькины сынки. Лучше уж я буду, как сейчас, замужем за работой.