Лучики добра

Я был молодым, но подающим большие надежды волшебником. Лучшим в звёздной академии. Даже сумел понравиться нашему ректору и договориться с ним о личном ученичестве. Вначале мессир вживил в меня особые импланты, дающие возможность хранить и мгновенно обрабатывать бронтабайты информации, лёгко жонглируя числами Грэма. С помощью имплантов я одинаково легко сканировал тело, ауру и даже души живых существ. Однако мои надежды рухнули, когда я проснулся на следующий день и понял, что от меня осталась только голова.

Я стоял на подставке в кабинете ректора и ничего не мог с этим поделать. Каким-то образом мессир поработил меня, заставляя выполнять все свои требования. Я с ужасом осознал, что он использует мою голову как суперсовременный компьютер и магосканер. В этом беспомощном состоянии я прожил пять лет, но затем на ректора напали ситхи, и один из них милосердно разрубил мою голову своим красным мечом. Последнее, что я почувствовал — мерзкий запах палёной плоти и боль.

— Северус...

В моём старческом и надтреснутом голосе почему-то прозвучала мольба.

Черноволосый мужчина в мантии с пронзительными чёрными глазами ничего не ответил, он сделал несколько шагов вперёд, оттолкнув с дороги молодого белобрысого паренька с плаксивым выражением лица. Три человека в чёрных мантиях безмолвно отступили к каменной стене. Ещё один звероватого вида человек отпрыгнул в сторону, стараясь держаться подальше от черноволосого мужчины.

Черноволосый смотрел на меня пристально, будто пытаясь что-то прочесть в моих глазах, его словно вырубленное из дюрастали лицо казалось обожжённым плазмой, а губы кривились от отвращения

— Северус... прошу тебя... — прошептал я, не понимая, что происходит.

Черноволосый поднял палочку, зажатую в руке, а я почувствовал, как на её кончике концентрируется магия.

— Авада Кедавра! — рявкнул мужик и из его палочки вырвался зелёный луч, показавшийся мне немного опасным. Он неожиданно сильно толкнул меня в грудь, моё тело подбросило в воздух. На какой-то момент я завис, успев увидеть старый замок, озеро и лес вдалеке, а потом спиной полетел вниз, к подножью башни.

Я не хотел разбиться о камни, как слизняк, попавший на планету с повышенной силой тяготения. Поэтому я немедленно сформировал под собой антигравитационную подушку и благополучно приземлился в кусты между двумя камнями. К моему сожалению, здесь внизу оказалось какое-то особенно колючее растение, и я неожиданно для себя разразился ругательствами, то и дело поминая какого-то Мерлина, Моргану и разные способы их противоестественной связи с различными потусторонними тварями. Наконец успокоившись, я поднял голову и увидел изумлённые взгляды давешних знакомых, а чуть ниже таращил глазёнки ещё один очкастый пацан. Самое странное, что в отличие от других у этого я видел только голову. Остальные же, а главное, мой несостоявшийся убийца, были в ужасе и недоумении, когда увидели, как я, кряхтя, потираю ушибленную задницу и ругаюсь.

Мне сильно захотелось сделать этим неприятным людям что-то плохое, и в мою руку немедленно прилетела странная узловатая палочка, в которой я, тем не менее, ощутил знакомое тепло. Это был своеобразный старинный интерфейс, позволяющий черпать магию в окружающем пространстве и структурировать её в готовые магоконструкции.

— Ну всё, гады. Сейчас вы у меня получите! — рявкнул я, вскакивая. Задница болела немилосердно, ничуть не добавляя мне хорошего настроения. К моему огорчению, люди на башне немедленно засуетились и, отпихивая друг друга, исчезли куда-то туда, где, как мне показалось, был выход из башни. Голова очкастого паренька тоже исчезла, но я заметил, как глаза мальчонки сверкнули гордостью за меня.

Заболела рука, я с неудовольствием обнаружил, что означенная конечность будто обгорела. Направив в неё толику магии, я вернул руке положенное природой состояние, услышав какой-то разочарованный вой в астрале.

Потирая поясницу, я направился к входу в замок в надежде найти объяснение моему попаданию в этот мир. На воротных столбах сидели две крылатые свиньи, которые хрюкнули и поклонились, едва я только вошёл в ворота. Внезапно в голове зашумело, и я прислонился к металлической ограде, пережидая слабость.

В мою бездонную память, раскачанную имплантами, крошечной капелькой свалилась сущность старого волшебника по имени Альбус Дамблдор. Она была немедленно разобрана на единицы информации, структурирована и разложена по ячейкам. Я наконец осознал, что попал в какой-то отсталый мир, где причудливо сплелись наука и магия. Причём что первая, что вторая напоминала мне скорее шаманские пляски первобытных вуки и их же попытки сложить два и два с помощью примитивных каменных приспособлений. «Однако у тебя вновь есть тело, Шив, — сказал я сам себе, с удовольствием нащупав выпирающий бугорок пониже живота. — А привести его в относительный порядок — дело недолгой медитации».