Лора

Моей обязанностью было подливать вино и воду вельможам, сидящим по правую руку от императора. В основном это были военные и местные аристократы, но подальше попадались и зажиточные торговцы, успешные мореплаватели, рыцари различных орденов, а также маги. Чем ближе к императору, тем выше чин. Большинство из сидящих рядом с императором Агором я знала: вот его старший советник Лейпиц (препротивнейший старик), Командор армии Белфест (и как его лошадь выдерживает с таким пузом, хотя говорят он великолепный стратег). Придворный маг Стайлс (вот он мне нравился, молодой симпатичный с добрым лукавым взглядом, не понятно только как он умудрился так рано подняться столь высоко).

Повод для пира был внушительный: победа на орками под Мергейлом. Пили много и весело, постоянно распевая друг другу дифирамбы и обмениваясь скабрезными армейскими шуточками, и ко второму часу торжества руки у меня уже начали отваливаться от поднятия тяжеленных глиняных кувшинов с вином и медом. Я чувствовала, как тоненькая струйка пота скатывается между лопаток, волосы выбились из прически и прилипли на лоб, а щеки приняли неестественно красный вид. Тем лучше, чем я страшнее, тем меньше шансов, что кто-то из вассалов императора попросит меня на ночь. Конечно, Его Свет Агор обещал, что меня не постигнет эта участь…пока. Но что значит обещание рабыне, и это «пока» не давало мне покоя…пока что? Когда он решит, что я достаточно привыкла к своему незавидному положению?

— Макс, ну наконец-то! Сколько можно тебя ждать? — Воскликнул Агор, увидев вошедшего в зал молодого человека.

— Скорее, принесите стул принцу, ставьте справа от меня, Лейпиц отсядь! — Император как всегда был бесцеремонен со своим советником, лицо Лейпица скривилось так, как будто прожевал лимон и он метнул злобный взгляд на вошедшего. Однако опоздавший совершенно не смутился и ответил Лейпицу полуулыбкой и слабым пожатием плеч. Смотри ка, не боится злобного старикашку, отметила про себя я.

Принца я видела впервые и начала с любопытством его рассматривать. Достаточно высокий, худощавый, походка пружинистая. Наверно только-только снял доспехи, от облегчения аж подпрыгивает, подумала я. Помню, у меня были такие же ощущения, когда я сняла с себя восмидесяти литровый рюкзак в походе, Думала, что сейчас взлечу. Принц был смуглый с густой черной коротко подстриженной шевелюрой, широкими прямыми бровями вразлет и черными пронзительными глазами, настолько черными, что издалека казалось, что у него совсем нет радужки, а только зрачки. Невольно вспомнилось, как его описала старая кухарка Эби: «красив наш мальчишка как демон». Да уж, не знаю насчет мальчишка, но на демона смахивает, и да, он был красив. У него была интересная форма губ: небольшие, в меру пухлые с нервным изгибом, уголки, готовые в любой момент скривиться или улыбнуться, упасть вниз или взлететь вверх. Как- будто рот предавал своего хозяина, выдавая все его истинные чувства на в остальном непроницаемом лице.

Наверно мое разглядывание племянника императора был слишком откровенным, потому что когда садясь он случайно заметил его, то правая бровь принца сначала плавно поползла вверх, удивляясь такой дерзости от новенькой рабыни, а потом он наградил меня таким же пристальным взглядом и едва заметной кривой ухмылкой, которая видимо означала: «ну что, понравился?». Черт, хорошо, что я такая красная и растрепанная и скорее всего этот лощеный аристократ найдет себе жертву попрезентабельней, надо же быть такой неосторожной, ведь я почти 2 месяца даже в глаза ни одному мужчине в замке не смотрела кроме императора. Я опустила голову и уставилась на носки своих холщевых туфель.

Но долго стоять, пытаясь слиться со стеной, не получилось. Ведь обязанность разливать напитки никто не отменял. Об этом мне напомнил пустой кубок в отставленной руке крон-принца, хотя сам он даже не смотрел в мою сторону, а о чем-то общался с дядей-императором. Я вздохнула поглубже и подошла. Главное больше на него не смотреть, скорее всего он уже забыл про меня. И правда, больше принц ни разу не взглянул в мою сторону, делая как и все аристократы вид, что прислуги не существует и все вокруг него происходит само собой. Впрочем почему же делает вид, скорее всего для таких людей, с детства окруженных челядью, какая-то рабыня и правда сравнима с предметом интерьера: вазой или тумбочкой.

Где-то через час я полностью расслабилась и уже делала свою работу автоматически, будто в полусне, мыслями находясь далеко-далеко от этого огромного шумного зала, полного тостов, пьяного смеха и громкой музыки. Я была в своем доме на берегу океана, из открытого окна с террасы дул легкий майский ветерок, донося шум прибоя и колыша белоснежные занавески. Мой пес Арти положил свою мохнатую голову мне на колени, уткнулся в ладонь мокрым носом, понюхал, а потом одобрительно лизнул пальцы шершавым языком…