Литературное приложение «МФ» №03, апрель 2011

В этом месяце мы не удержались от того, чтобы разыграть карту «стереотипы месяца» и составить третий выпуск «Литературного приложения «МФ» целиком из юмористических рассказов. Писать рассказы — само по себе мастерство, не сравнимое с написанием более длинной прозы,— нужно уметь мастерски умещать компоненты хорошей истории в небольшом объёме. А уж что касается юмористических рассказов — тут нужно ухитриться рассказать историю не только смешно и остроумно, но и связно, не превратив её в предлинный анекдот. Авторы апрельского «Литприложения» великолепно справились с этой задачей — нынешняя подборка не только продлит жизнь, но и заставит задуматься.

Солнце припекало вовсю. Под аккомпанемент мягких волн так приятно было лежать с закрытыми глазами и ничего, ничего не делать! Михаил, он же Мика, сладко потянулся, повернулся на бок и бросил утомлённый взгляд на плавную береговую линию, что, казалось, не имела ни конца, ни начала.

«Эх, красота! Сейчас бы ещё пивка холодного!» — подумал Мика, лениво почёсывая живот. Да где ж его возьмёшь, холодного, в такую-то жару!

Внезапно некий предмет, которого ещё минуту назад здесь не было, привлёк внимание парня. Больше всего предмет напоминал бутыль, но не ту, о которой недавно так страстно мечтал Михаил, — нет, посудину покрупнее, весьма массивную и древнюю на вид, более уместную на полке какого-нибудь краеведческого музея, чем на песчаном пляже, залитом солнечными лучами.

Стряхивая с себя остатки дрёмы, Мика подошёл ближе, попутно оглядываясь: не появится ли ещё один претендент на неожиданную находку. Но берег, по-прежнему, был пуст, и парень поднял сосуд, вытирая песчинки с толстых стенок. Бутыль не пропускала света и оказалась вовсе не стеклянной, как подумал сперва Мика. Удивительно тяжёлая для своего размера, она оканчивалась длинным узким горлышком, закупоренным грязной пробкой. Усилиям Михаила пробка не поддавалась, и любопытство его достигло предела.

«Так, что же это за дары моря такие? — бормотал про себя Мика, вертя бутыль и так и этак, — И выглядит совершенно как в сказке про джиннов. Того и гляди, появится ифрит какой или ракшас и начнёт навязывать свои услуги».

И не успел он так подумать, бутыль вдруг сама собой вырвалась из его пальцев и покатилась по песку. Пробка выскочила, и из узкого отверстия потянулся зловонный дым, заполняя собой все окрестное пространство. Чихая и кашляя, Мика протёр глаза, и от зрелища, увиденного сквозь клубы не то пара, не то тумана, ему сделалось не по себе: над ним, словно Пизанская башня, нависало огромное полупрозрачное существо, не сказать, чтобы особо привлекательное. Составляющий его тело дым, постоянно шевелился, изменяя форму и цвет и вызывая неприятные ассоциации с просвечивающими насквозь гусеницами; неподвижной оставалась лишь массивная голова, «украшенная» жидкой бородёнкой, да два огненно-красных глаза, уставившихся на Мику и буквально пригвоздивших его к месту.

— Спасибо, господин, — пророкотал голос, от которого у парня подкосились коленки, а все волосы на теле встали дыбом, — Ты освободил меня. Теперь ты — мой повелитель, и я исполню три твоих желания.

— Т-т-три? — запинаясь, выговорил Михаил.

— Три, — кивнуло монстрообразное существо, — Таковы наши законы. Приказывай.

От пережитого потрясения парня всего колотило. Стараясь взять себя в руки, он принялся лихорадочно соображать, что же такого можно выпросить у джинна. «Так, попробуем начать с простого. Чего бы мне хотелось?.. Ух, как в горле пересохло. Чего же, чего же… Может, холодного пива? МНОГО холодного пива… Тьфу! При чем тут пиво! Вот чтобы сейчас, здесь остановился красный кабриолет, сияющий весь, с иголочки, а из него — блондинка длинноногая, фотомодель — и мне на шею: «Дорогой! Я так соскучилась!» Нет, не то. Не о том ты думаешь, Мика. Надо серьёзней. Может, золота? Целую гору золотых монет, высотой чтоб с Эверест?..» Мозг явно начал вскипать, не выдерживая напряжённой работы мысли.

— Эй, джинн, подожди, мне надо подумать! — воскликнул Мика.

— Слушаю и повинуюсь! — пророкотало чудовище и со злорадной усмешкой щёлкнуло пальцами, вновь погружаясь в бутыль.