Лицензия на вербовку

В основу книги профессионального контрразведчика и литератора положены данные из рассекреченных досье спецслужб, и у читателя есть уникальный шанс узнать, как на практике реализуется  — один из приёмов (САВРО).

Подстава — не самоцель, а лишь промежуточное звено в цепи мероприятий, и если она имеет положительную перспективу развития, то можно переходить к следующему этапу операции: добыванию информации, вводу другого агента и (или) оперработника, к вербовке или компрометации.

В отличие от других приёмов САВРО подстава имеет одно неоспоримое преимущество: объект по собственной инициативе вступает в контакт с агентом, а тому остаётся лишь согласиться. Другими словами, не агент набивается в друзья к объекту, а наоборот, — ведь последнему исподволь предлагается то, что он ищет. Это тем более важно, если объект в силу своей профессии постоянно находится начеку или чрезвычайно осторожен по складу характера.

Подстава женщины-обольстительницы — «ласточки» — на жаргоне англо-американских спецслужб называется «медовой ловушкой». Когда же вместо «ласточки» подставляют мужчину-обольстителя— «вóрона», — то это уже — «медовый капкан».

Впрочем, что ловушка, что капкан — это всё равно западня. И итог «загона» объекта оперативной разработки в «медовую западню» всегда один: вступление в половую связь с «ласточкой» или с «вóроном». Акт этот, как правило, фиксируется с помощью фото- или видеосъёмки для последующего оказания психологического воздействия на объект заинтересованности разведки или контрразведки.

В отечественных спецслужбах операция по загону объекта в «медовую западню» называется «ловлей на живца», а агент-обольститель — «наживкой».

Остаётся добавить, что полёт мысли разработчиков операций по подставе вызовет восхищение, а оригинальность ходов секретных агентов поразит воображение самого взыскательного читателя — достаточно ознакомиться с кратким содержанием этой беспрецедентной книги:

— Кристина Онассис, миллиардерша, владелица «заводов, газет, пароходов», в результате изящной подставы, организованной офицерами КГБ, вышла замуж за скромного клерка «Совфрахта»;

— в ходе стратегической операции «Красный Казанова» для работы в пользу ГДР завербованы десятки западногерманских женщин, имеющих доступ к сведениям, составляющим государственную или военную тайну. Все они угодили в «медовые капканы», расставленные красавцами-мачо;

— агентесса ЦРУ «Джоконда», не знавшая поражений на ниве обольщения, сама попала в «медовый капкан» — влюбилась в агента «Константинов», который сумел склонить ее к выполнению заданий генерала КГБ;

— итог подставы агентессы КГБ «Эдита» — вербовка одного японского дипломата и компрометация другого;

— Морис Дежан, посол Франции в Москве, стал агентом влияния КГБ в результате многоходовой операции, включавшей, в частности, подставу ему «ласточки»;

— подполковник Попов, сотрудник ГРУ, пал жертвой искусной подставы, которую заготовил «охотник за скальпами» из ЦРУ Джордж Кайзвальтер;

— полковник внешней разведки Полещук угодил в «медовую западню», устроенную кадровой сотрудницей ЦРУ Сэлли Грейвс;

— блиц-экскурс в шпионский промысел царской России.

Никакого вымысла — только беллетризованные факты из рассекреченных архивов спецслужб!

1 августа 1978 года в Москве, во Дворце бракосочетания, что на улице Грибоедова, был зарегистрирован самый сенсационный брак ХХ века. Кристина, дочь Аристотелеса Сократеса Онассиса, миллиардера, владельца крупнейшего в мире частного танкерного флота, вышла замуж за скромного клерка «Совфрахта» Сергея Владимировича Каузова.

Обыватели Советского Союза едва не захлебнулись желчью от зависти, а публика на Западе замерла в шоке от изумления и возмущения, потому что такая невеста могла бы выбрать хоть принца Датского, хоть короля испанского, хоть эмира аравийского — она же вон что выкинула!

Откуда было им знать, что с середины 1970-х КГБ проводил одну из самых сложных своих операций САВРО (секретное агентурное внедрение в разработку объекта), первым этапом которой была подстава и последующее заключение брака с богатейшей женщиной мира!

Словом, не только взаимная симпатия сблизила Кристину и Сергея, но и трезвый расчёт и коммерческая выгода с одной стороны, оперативный интерес — с другой…

В 1975 году, согласно завещанию покойного «адмирала танкерного флота», единственной наследницей всего движимого и недвижимого имущества стала его дочь Кристина.

Скептики посмеивались: «Не оказаться бы ей в роли удава, заглотившего эшелон с тушенкой. В глотку-то влезло, а переварить не получится».

Оснований для этих сомнений хватало, ибо в хозяйстве Кристины помимо сотен танкеров была авиационная компания «Олимпия», несколько греческих периодических изданий, банковский, строительный и игорный бизнес.