Либертарианство

В 1995 году социологи из Института Гэллапа обнаружили: 39 процентов американцев считают, что “федеральное правительство стало настолько огромным и могущественным, что представляет собой непосредственную угрозу правам и свободам простых граждан”. Социологи не поверили своим глазам и сделали еще одну попытку, убрав из опроса слово “непосредственную”. С этим утверждением согласилось 52 процента американцев.

В том же году газета USA Today поместила на первой полосе материал об американцах, родившихся после бума рождаемости первых послевоенных десятилетий. Там говорилось, что “многие из 41-миллионного поколения X[1]… склоняются к старой философии, которая вдруг стала казаться новой, — либертарианству”. С этой оценкой, также в репортаже на первой полосе, соглашается Wall Street Journal: “Значительная часть требований, которые сегодня выдвигают [избиратели], не являются традиционно республиканскими или даже консервативными. Они либертарианские… Создается впечатление, что, испытывая постоянно растущее презрение к правительству, американцы все в большей степени склоняются — зачастую сами того не осознавая — к философии либертарианства”.

В 1995 году Дэвид Броудер писал в газете Washington Post о множестве американцев, заявляющих, что они приветствовали бы появление третьей партии:

Как возник этот внезапный интерес средств массовой информации к либертарианству?

По замечанию USA Today, либертарианство очень привлекает молодых, так как ставит под сомнение общепринятую точку зрения и отвергает устаревшие идеи этатистов. Когда автор этой книги будучи студентом в колледже, открыл для себя идеи либертарианства, ему казалось очевидным, что большинство либертарианцев должны быть молодыми. При этом я смутно догадывался, что либертарианские книги, которые я читал, написаны пожилыми людьми. Кто, как не молодые, могли разделять столь бескомпромиссное видение личной свободы? Отправившись на свое первое либертарианское мероприятие вне колледжа, я был несколько удивлен, что первому человеку, с которым я столкнулся, было около сорока, а в то время мне это казалось достаточно почтенным возрастом. Прибывшая следом молодая женщина под тридцать больше соответствовала моему представлению о тех, кого я ожидал встретить. Однако ее первым вопросом было: “Вы не видели моих родителей?” Вскоре я узнал, что ее родители, которым шел шестой десяток, были ведущими либертарианскими активистами в штате, и навсегда распрощался со своими ошибочными представлениями о том, какими должны быть люди, становящиеся либертарианцами. Я обнаружил, что родители этой молодой женщины и миллионы американцев, которые сегодня разделяют либертарианские убеждения, являют собой воплощение давней американской традиции личной свободы и оппозиции принуждающему государству.

Либертарианство — это убеждение в том, что каждый человек имеет право жить так, как хочет, если уважает права других. Либертарианцы защищают права каждого человека на жизнь, свободу и собственность — права, которыми люди обладают изначально, вне зависимости от существования государства.

С точки зрения либертарианца, все отношения между людьми должны быть добровольными; единственные действия, которые должны быть запрещены законом, — это все то, что подразумевает применение силы против тех, кто сам не применял силу: убийство, насилие, грабеж, похищение людей и мошенничество.