Летающий сыр

Однажды утром мы с мамой возвращались из школы и встретили у дома нашего нового почтальона. Одной рукой он придерживал велосипед, а другой протягивал нам конверт, на котором было много всяких штампов и марок.

— Вы мне не поможете найти некоего Жана с десятого этажа? — спросил почтальон.

— Это я, — сказал Жан А.

— И я, — добавил я.

— И мы, — подключились Жан В. и Жан Г.

— Детишки, определитесь, — рассмеялся почтальон. — Кто все-таки из вас Жан?

Но когда маленькая ручонка Жана Д. дернула его за штанину, почтальону стало не до смеха:

— Я тозе Зан, — пропищал Жан Д.

А вслед за ним и Жан E., который еще даже говорить не умел, замяукал в коляске.

— Это правда, — подытожила мама. — Ведь и малышу может прийти письмо, разве нет?

Почтальон рассмотрел инициалы на слюнявчике Жана E., потом окинул взглядом нас шестерых, и в глазах у него потемнело.

— Это розыгрыш такой? — сглотнул он. — Нас снимает скрытая камера?

— Прошу вас повежливее, — занервничала мама.

— А что такое «скрытая камера»? — поинтересовался Жан В.

— Тебе не понять, редиска! — ответил Жан А., который по четвергам бегал к соседу Стефану смотреть телевизор.

— Так кому мне отдать письмо? — спросил почтальон.

— Мне, — быстро смекнул Жан А.

— Нет, мне, — поспешил вмешаться я.

— Нет, мне, — не растерялись Жан В. и Жан Г.

— Мне-э-э, — заныл Жан Д.

— М-м-м, — замычал Жан Е.

— Тише, — скомандовала, стараясь сохранять спокойствие, мама. Затем она повернулась к обалдевшему почтальону. — Вам доставляет удовольствие ссорить детей?

В своем спокойствии мама выглядит очень внушительно. Даже Жан Е. сразу все понял и перестал реветь, как будто кто-то выдернул его из розетки.

— Поймите правильно, — взмолился почтальон, — это мой первый рабочий день, а у вас тут столько почты!..

Он махнул рукой в сторону почтовых ящиков.

— Я просто растерялся… Мне нужен Жан.

— Ну так вы пришли по адресу, — сказала мама, забирая письмо.

— Что значит «по адресу»? — переспросил почтальон. — Вы все Жаны?

— Вы на что намекаете? Что я не знаю, как зовут моих детей? — не унималась мама.

Она положила конверт в карман, и мы продефилировали один за другим мимо остолбеневшего почтальона.

Вот так всегда, если мы куда-нибудь выходим вместе.

Люди не верят, что мы семья, а не детский лагерь или сбежавшие из цирка близнецы. Шесть братьев — такое не часто увидишь. Но шесть Жанов — это, пожалуй, рекорд!

У нас у всех уши торчком и вихор на макушке. И папа, у которого плохая зрительная память, не придумал ничего лучше, чем назвать нас всех Жанами — по алфавиту, как в записной книжке.

У нас есть Жан А. Ему одиннадцать лет. А — потому что Аристократ, видите ли. Он вечно чем-то недоволен и всем указывает.

Потом я. Второй по счету в семье Жанов. Меня зовут Жан Б. Мне восемь. Секретное имя — Жан Булка, потому что люблю поесть и это сказывается на моей фигуре.

— Да уж, отличная кличка, — любит повторять Жан А. Конечно! Он же самый умный, в очках, любимчик месье Мартеля. Мартель — его школьный учитель. Только потому что он старший, Жан А. спит на верхней полке нашей двухъярусной кровати и всегда выключает свет, когда я собираюсь почитать на ночь. Или того хуже — бросается в меня грязными носками.

В комнате середнячков живет Жан В. Ему семь. В — потому что он среди нас самый рассеянный и вечно Витает в облаках.

С ним живет Жан Г. Пять лет. Гаденыш, потому что с тех пор, как мы живем в Шербуре, он вместе с Жаном В. уже дважды затапливал квартиру.

И наконец наши малыши. Это Жан Д. Три года. Пока только эту букву он произносит правильно.

Самый маленький — Жан Е. Еж-крикун. Ему всего годик и у него ни одной волосинки на голове.

Когда он появился на свет, все ждали девочку. Для разнообразия. Папа даже сделал в его комнате суперремонт. Он обклеил стены розовенькими обоями, которые так пузырились, что казалось, будто кто-то запрятал под них вишневые косточки.

Сначала мы расстроились, что Жан Е. оказался не девочкой. Когда малыш хотел есть (а голоден он был постоянно), он задерживал дыхание, буквально на мгновение — словно больше и не дышит, — а потом начинал реветь так, что у людей на улице уши закладывало. Все, наверное, думали, что случайно сработала пожарная сигнализация.