Леший

Алексей Феофилактович Писемский

Леший

Рассказ исправника

{1} - Так обозначены ссылки на примечания соответствующей страницы.

I

Я был командирован для производства одного уголовного следствия в Кокинский* уезд вместе с тамошним исправником, которого лично не знал, но слышал о нем много хорошего: все почти говорили, что он очень добрый человек и ловкий, распорядительный исправник, сверх того, большой говорун и великий мастер представлять, как мужики и бабы говорят. Получив общее с ним поручение, я хотел сам за ним ехать в Кокин, но он меня предупредил и дожидался уже в усадьбе Маркове, которая стоит на самом повороте с кокинского торгового тракта на проселок, ведущий к месту нашего назначения.

______________

* Название вымышленное. (Прим. автора.)

Только что я вышел из повозки, он подошел ко мне и проговорил официальным голосом:

- Честь имею представиться: кокинский земский исправник.

Он был уже человек пожилой, но еще бодрый, свежий и вообще имел наружность приятную и умную. За его служебную вежливость, на которую, впрочем, давали мне некоторое право наши служебные отношения, я поспешил ответить ему тем же и взаимно представился, чем он остался с своей стороны, кажется, весьма доволен. Я спросил его, когда мы выезжаем.

- Я думаю, сейчас же: зачем золотое время терять! - отвечал он и тут же распорядился мне об обывательских, а себе велел закладывать свой тарантас.

В ожидании лошадей мы сели с ним на привалок около избы.

- Давно вы служите? - начал я.

- Давненько-с: по вниманию дворянства, выбираюсь три трехлетия и второе шестилетие.

- Хлопотлива ваша служба?

- Не без того-с... привычка: сначала, когда поступил, так очень было дико; только что вышел из военной службы, никого, ничего не знаю; первое время над бумагами покорпел, а тут, как поогляделся, так понял, что, сидя в суде, многого, не сделаешь, и марш в уезд, да с тех пор все и езжу.

- А суд как же?

- В суде что-с? Все эти суды, я вам доложу, пустое дело; ежели по правде теперь сказать, так ведь только мы, маленькие чиновники, которые по улицам-то вот бегаем да по проселкам ездим, - дело-то и делаем-с, а прочие только ведь и есть, что предписывают, - поверьте, что так!

Пока мы разговаривали таким образом, около нас собралась толпа мальчишек. Маленький, худощавый, со всклокоченными волосами горбун притащил с ведро величины дегтярницу и силился на жерди поднять задок моей брички.

- Перестань, косолапый, достатки хребет сломаешь! - крикнул исправник.

- Ничаво, кормилец: може, и смогу, - отвечал тот.

- Перестань, надорвешься! - крикнул опять исправник. - Матвей! Смажь бричку. Где этому хрычу возиться тут! - сказал он хлопотавшему около тарантаса своему кучеру, парню лет двадцати пяти, с намасленною головою, в красной рубашке, в плисовых штанах и с медною сережкою и ухе.

Матвей подошел.

- Что, дядя, видно, это не кузовья таскать? А на спине, кажись, и подкладка есть... Не замай, пусти, - сказал он и молодцевато поднял задок брички, подставил дугу под жердь, одним взмахом руки сдернул колесо и начал мазать.

- Здоров, паря, - проговорил горбун, глядя с удовольствием на кучера.

- Эй ты, горбатка! Тройка, что ли, у тебя завелась? Извозничать, что ли, начал? - спросил его исправник.

- Нету-тка, сударь. Какая тройка! Всего две: одна-то кобылка, а другой меринок - почесть что жеребенок: всего весною три годка минуло.

- А третья чья же?

- Третья от дяди Захара пойдет.

- По охоте, что ли, везете?

- Какое, родимый, по охоте: время рабочее, сам знаешь... какое по охоте!.. От Егора Парменыча приказ был, меня и Захара нарядил... Какое уж по охоте!

- А Егор Парменов дома?

- Дома-тка, надо быть: дома утрось был.

- Для чего же барскими лошадьми не справляют подвод: барин это разрешил, я вам толковал.

- Ты-то, кормилец, толковал, да где! Всё мы справляем.

Исправник нахмурился.

- Вы не поверите, сколько у меня битвы с этими управителями. Только и ладят себе в карман; а чтобы барину угодить, так едет на мужике, - отнесся он ко мне и потом крикнул: - Федька!

Один из мальчиков, повыше и поумнее лицом, подошел.

- Поди, позови ко мне управителя. Знаешь, где он?

- Знаю, - отвечал мальчик.

- А где?

- Во хлигеле, - чай, поди, во хлигеле пьет.

- Ну, так ступай и позови его сюда... Валяй!

Мальчишка побежал вприскочку; за ним побежали двое и еще двое; осталась только лет трех девчонка, которая заревела во все горло, приговаривая: "Нянька ушел, нянька ушел".

- А кто здесь управитель? - спросил я.

- Здесь управитель персона важная-с, - отвечал исправник, - бывший камердинер господина и вступивший в законный брак с мамзелью, исправлявшей некоторое время при барине должность мадамы, а потом прибыл сюда отращивать себе брюхо и набивать карман; не знаю, чем кончится, а я его поймал на одну штуку - кажется, что сломлю ему голову. Не могу, сударь, видеть этого лакейства, особенно когда они в управители попадут.

- Стало быть, вы думаете, что бурмистры из мужиков лучше? - заметил я.