М.Ю. Лермонтов. Фантазии и факты

Благодарю за поддержку во всем моих любимых родителей Николая Ивановича и Ольгу Федоровну Кистановых.

Благодарю за участие в обсуждении данной работы Александра Александровича Сахарова, председателя Московского Лермонтовского общества; Александра Владимировича Карпенко, одного из создателей книги «Оправдание Лермонтову»; Сергея Григорьевича Котова, руководителя ЛИТО им. Н.М. Якушева (г.Рыбинск); Ольгу Николаевну Васильеву, учителя русского языка и литературы.

Я невесть какой писатель… писательница… но как-то не могу без того, чтобы не написать чего-нибудь. Наверное, я графоманка. Да. Это первая причина, по которой я взялась за данную работу. Вторая – люблю Михаила Юрьевича Лермонтова. Третья – обидно за Михаила Юрьевича. Чего только о нем не писали. Какие только фантазии и сплетни не представляли читателям. Тема Лермонтова разработана и переработана так, что в этом поле деятельности трудно свободную «кочку» найти, и тем не менее обнаруживаются такие «черные дыры», в которых некоторые исследователи «проваливаются» с концами. Однако, перед тем как провалиться в тартарары и увлечь за собой честное имя Лермонтова, горе-писатели пытаются заткнуть дыры такими неуемными фантазиями, что горишь испанским стыдом за этих сказочников.

Тактика моей работы такова: я не буду останавливаться на «кочках», всем давно известных, а обращу внимание на «дыры»: вдруг получится «залатать». В этом мне поможет учение А.А. Ухтомского о доминанте, в том числе психофизиологический аспект этого учения, следуя которому, для того чтобы представить жизнь, личность человека, надо выяснить его доминанту. Необходимо посмотреть, что для этого человека было важным, существенным; каковы доминанты людей, которые его окружали и могли воздействовать. Мысли, поступки, творчество человека должны быть обусловлены его доминантой и подтверждать ее. Забегая вперед, приведу конкретные примеры: если Е.А. Арсеньева не любила мужа настолько, что по этой причине не стала присутствовать на похоронах, то доминантой ее поведения должна быть ненависть к нему и ни при каких условиях она бы не стала называть внука именем супруга. Или: если известно, что М.Ю. Лермонтов был отличником в учебе, едва ли не первым учеником, то не мог он вдруг не явиться на экзамены из-за того, что плохо подготовился, а потом вдруг проситься на сдачу экзаменов сразу на второй или третий курс университета. В таких трактовках событий не прослеживается доминанта. Если люди не сумасшедшие, то они должны действовать исходя из своего целеполагания. Это вкратце о доминанте.

Некоторые факты, собранные в данной работе, я не могу объяснить, но интуитивно они мне видятся значимыми, на них, мне кажется, следует обратить внимание. Это как складывание картины из пазлов: где-то получается большой фрагмент картины, где-то только два «кусочка» сошлись, а бывает, какой-то один пазл никуда не пристраивается, но – очень яркий! И я надеюсь, что потом кто-нибудь найдет недостающие пазлы и сложит картину целиком. Ссылаться на источники старалась как можно чаще; и так как иногда трудно установить степень доверия тому или иному источнику, предоставляю это сделать читателю.

Господи, благослови.