Леон. По дороге ненависти (СИ)

Шесть лет назад

Серебристый лунный свет, что проникал сквозь неплотно зашторенное окно, мягко освещал спальню и ворох измятых влажных шёлковых простыней на кровати. И только два тяжёлых дыхания нарушали идеальную тишину спальни. Мужчина и женщина лежали в обнимку. Мужчина поглаживал девушку по растрёпанным белокурым волосам, а та смотрела куда-то в идеально белый потолок, потонувший во мраке ночи, и думала о чём-то своём.

На первый взгляд, казалось бы, идеальная влюблённая пара, которая наслаждается друг другом. Но каждый из них знал, что наступит завтра, и они разойдутся. Эти двое не принадлежали друг другу. У каждого из них своя судьба и свои планы на будущее. И единственное, что их сейчас связывает – эта ночь и эта спальня, в которой останутся навсегда слова и обещания, сказанные друг другу в порыве страсти.

– Останешься со мной? – произнёс мужчина, нарушая тишину и всё так же поглаживая белокурые волосы девушки.

– Мне нужно будет вернуться к моему… – Девушка споткнулась на слове, замолкла на секунду, а потом снова произнесла: – Нужно вернуться, чтобы решить, как быть дальше. – Последние слова она сказала чуть слышно и затихла.

– А что тут решать, Ань? Мы же любим друг друга, верно? А что случилось сегодня, так это просто судьба. Знаешь, я когда первый раз тебя увидел, тогда в доме отца, сразу же влюбился. Никогда не знал, что существует такая любовь с первого взгляда. Даже из страны уехал, чтобы быть подальше от тебя. Но ты не отпускаешь. Ты поселилась у меня в сердце и не даёшь покоя. Знаешь, о чём я сейчас подумал?

– О чём? – тут же откликнулась Аня, мысленно напрягаясь и боясь услышать ответ.

– Вместо моего брата на свадьбе женихом буду я, – сказал Леон и замолчал.

В комнате снова повисла тишина, которую разбил нервный смешок девушки.

– Ты что, серьёзно? А как же Володя?

– Брат всё поймёт. Мы же не виноваты, что влюбились друг в друга.

– Нет, я хочу поговорить с ним сама. Понимаешь? Это неправильно, что я буду прятаться от него. Вы всё-таки как-никак братья и в будущем будете видеться и общаться, а я не хочу быть камнем столкновения.

– Ты им не будешь, милая. Позволь мне решить всё самому. Я знаю своего брата куда лучше, чем все остальные. Он просто так тебя не отпустит. Потому что любит, как и я.

– Я не думаю, что это хорошая идея, – возразила Анна и привстала на локтях, немного оборачиваясь в сторону и всматриваясь в красивое лицо мужчины.

– Не спорь, – тут же перебил её Леон.

– Хорошо, – Аня всё-таки сдалась и улыбнулась мужчине, а потом прошептала: – Я люблю тебя. – И ещё тише добавила, чтобы Леон не услышал: – Но сделаю всё по-своему и, надеюсь, что ты меня простишь.

Это были последние слова, которые Леон услышал от Ани. Засыпая в обнимку со своей будущей, как хотелось бы ему, женой, он был счастлив как никогда. Последнее место его работы и то, чем он занимался, выжгли в нём душу. Но сейчас она, кажется, стала в нём возрождаться. Мужчина засыпал, думая о ней, той, что мирно спала в его объятиях.

Впервые он увидел Анну в доме своего отца, куда привёл её познакомиться со своей семьёй его брат и сообщить о помолвке. Эта девушка с осиной талией, белыми волосами, словно нетронутый снег, и льдисто-голубыми глазами казалась ему невозможной, отчего и самим совершенством.

У него и раньше было много девушек, и никогда не было настоящей влюблённости, что уж тут говорить о серьёзных отношениях. Но этот случай другой. Чтобы не бередить себе душу, он уехал из страны, думая, что за месяц её забудет. Отдался полностью работе и когда стало легче, вернулся на родину только для того, чтобы посетить свадьбу родного брата и его невесты, которая сейчас лежала в обнимку с ним.

Забросив сумку в квартиру, Тимур пошёл развеяться в ночной клуб, где встретил её. И все его стены, которые он строил долгий месяц, рухнули. Он видел, как она смотрит на него похотливым взглядом, как желает его и облизывает свои пухлые губы, накрашенные алой помадой. И он не смог устоять перед этой девушкой. Перед глазами всё померкло, а внутри взбунтовались чувства, которые он так долго прятал. Сделав шаг вперёд, он приник к этим сладким губам, а потом и не заметил, как они уже лежали в его кровати.

Проснувшись утром, Леон открыл глаза и первым делом обратил внимание на пустую соседнюю сторону кровати. Провёл по ней ладонью. Простыни уже были остывшие от горячего женского тела. Он тут же сел на кровати.