Легенда о сбежавшей невесте

Старые Фотки затерялись среди непроезжих лесных дорог, с одной стороны зажатые речушкой с не менее странным названием Лета, а с другой – болотом, растянувшимся к северу километров на пять.

Почему Руслан выбрал себе дом именно здесь – для него самого было неразрешимой загадкой. Может быть, название деревни и реки привлекли его романтическую натуру, а может, захотелось затеряться как раз в такой вот глуши, чтобы даже связи сотовой не было и чтобы от городской суеты, граничившей с потерей всяческих смыслов, не оставалось следа, когда он станет выбираться в эту тмутаракань.

От города сто пятьдесят километров, а показалось, что это вообще другая галактика. Как-то так вышло, что в эту сторону инфраструктура решила не развиваться. Пара полузаброшенных деревень на всю округу и одна единственная высоковольтка на проржавевших опорах, которой многие годы никто, судя по всему, и не занимался. По логике вещей, где-то должны были иметься и Новые Фотки, раз были Старые. Но нет. Вторая деревня, в которой по карте едва можно было различить разрушенную ферму и всего лишь три дома, называлась Брюзги. Поэтому с выбором у Руслана трудностей не возникло.

Старый, ещё советских времён «Зил» с деревянным фургоном, именуемым кунгом, остановился посреди дороги. В довольно тесном его пространстве сидели пять мужиков, бесконечно смолящих вонючие сигареты. От ближайшей железнодорожной станции до Старых Фоток оставалось километров тридцать, и на пустынной дороге, изъезженной в хлам, остановился только этот фургон, согласившись подбросить путешественника до ближайшего удобного поворота. Со всех сторон раздались ругательства из-за резкого торможения, и из кабины кто-то громко постучал по перегородке.

– Твоя конечная, – промолвил, глядя на Руслана, Михалыч.

Руслан закинул за плечи рюкзак, открыл заднюю дверь и выглянул. В нос ударил аромат сосновой смолы и густой запах сырой земли от начавшего накрапывать дождя.

– И в какую сторону мне идти? – спросил он, оглянувшись на Михалыча.

– Выпрыгивай и сразу направо, – ответил тот.

– В лес? – удивился Руслан.

– Ну а куда же ещё? Думал, дорогу для тебя проложили? Тут куда не пойди – везде лес. Так прямо и иди, никуда не сворачивай. Подъездная к Фоткам с другой стороны, нам немного не по пути. Только от тропинок держись подальше. То не человеческие. По ним зверь ходит.

– Какой зверь? – встрепенулся Руслан.

В кунге раздался дружный смех.

– В основном медведь, – вставил свои пять копеек Пахом. – Без ружьишка тут по лесам бродить опасно. Косолапого встретишь – сразу в ножки ему падай и моли о пощаде. Сейчас ягод много, сытый он, может, и пожалеет.

Компания засмеялась ещё громче.

Руслан понимал, что эти бывалые люди, спешившие с пилами и топорами на очередную делянку, просто подтрунивают над ним. Может, и не ходят тут никакие медведи. Но понимание этого совсем не придавало отваги.

На улице вечерело. Затянувшие небо тучи и моросивший дождик делали неброский пейзаж ещё более мрачным.

– А далеко идти-то? – спросил он.

– Если поторопишься, то к закату успеешь, – кивнул головой Михалыч. – Да не дрейфь ты. Иди и песни пой. Ну, или анекдоты трави. Только погромче. Медведь не дурак, если услышит, то постарается обойти человека. Ты его даже и не заметишь.

– Ясно, – заключил Руслан и выпрыгнул из фургона. – Спасибо, мужики. Счастливо.

– Бывай, – сказал Пахом, поднялся с лавки и закрыл за Русланом дверь.

«Зил» выпустил из выхлопной трубы клуб чёрного дыма, крякнул и через минуту скрылся за поворотом.

Руслана окутала тишина. Только дождик шуршал по траве и по верхушкам высоченных деревьев. Бледное пятно солнца почти касалось леса на западе. В эту сторону и нужно было идти.

Руслан начал было спускаться с откоса, но тут же поскользнулся и со всей дури шмякнулся рюкзаком на мокрую траву. Выругался. Встал. Снял свою поклажу. Посмотрел цел ли рюкзак. Сейчас это была самая ценная вещь в его гардеробе, потому что внутри лежали, помимо сменной одежды, толстые пачки денег.

С рюкзаком всё было в порядке. Дождь тем временем припустил сильнее. Только уже в лесу не так ощущался, теряя силу в густых кронах.

Да… На карте и на фотографиях всё выглядело куда приятнее. Изнутри, в натуральную, так сказать, величину, местность предстала совершенно дикой, устрашающей и не предвещавшей в ближайшее время никакой романтики, которая ещё пару дней назад рисовалась в фантазиях у Руслана.

Мысль купить небольшой домик где-то в глуши, чтобы в отпуске или на выходных заниматься огородом и пчёлами, пришла в голову год назад, после развода с женой и долгих судебных дрязг по разделу имущества.