Легенда о Джеке Дэвисе

Часть 1. Добропорядочный гражданин

Когда в 1991 году на мировые экраны вышел фильм "Молчание ягнят"… К слову, в российские телевизоры он попал почти синхронно (если этот термин здесь уместен). Пираты постарались. Интригующе-гнусавый переводчик, дрожащая картинка, шуршание перематываемой ленты и вопль: "Не держи на паузе долго! Сколько раз повторять? Головка стирается!" Помните, конечно, то ностальгическое наслаждение от синематографа.

Так вот, по выходу картины, проныры из Академии киноискусства задумались: а откуда взялся доктор Лектор? Кто явился прообразом? Такие Герои не падают с небес и не возникают из ниоткуда. Всегда есть некое… некий вдохновитель. И пускай он уступает киношному двойнику в харизме, но он… есть. Или был.

Премьера вышла шумной. Длинный отрез красной дорожки, обилие призов, звёзды сияют (в прямом и переносном смысле слова), щёлкают фотоаппараты, журналисты задают вопросы.

Сценарист Тед Толли отвечал уклончиво, опускал глаза и, бесконечно длинными фразами, ссылался на автора книги Томаса Хэрриса (фильм снимался по книге). Сэр Томас тоже не радовал прямыми ответами, дескать, живёт такой парень. Фамилия такая-то, вот адрес, звонить до обеда, потом у него процедуры. Писателя можно понять, он оберегал тайну своего творчества, вздувал алмазный дым вокруг своей персоны. Это тоже стоит денег. Иногда пыль стоит дороже сандалий, вокруг которых она вьётся.

Со временем выяснилось, что существует некий Роберт Модсли, человек, обладающий уникальным интеллектом и привычкой душить молоденьких девушек. И что якобы он явился прототипом Ганнибала Лектора. Томас Хэррис не протестовал, и с его молчаливого согласия эта версия "ушла в народ".

Более прозорливые граждане молчали и улыбались в бороду, разумея, что доктор Лектор персонаж скорее собирательный. И оказались правы. Не могу сказать доподлинно, сколько частей имел этот кинематографический "конструктор", но на втором по значимости месте (а в чём-то и на первом) стоял Джек Дэвис (не путайте, пожалуйста, с легендарным трубачом Майлсом Дэвисом).

Реальная история, конечно, много отличалась от киношной, да и сам Джек Дэвис мало походил на Энтони Хопкинса. Это был (я говорю о Джеке) среднего роста мужчина, сухощавый, с невыразительным лицом. Такие физиономии моментально выветриваются из памяти, лишь только носитель покидает поле вашего зрения. Из отличительных черт Джек имел плоские ногти, опиленные по геометрически идеальному радиусу – за этим он следил. Ещё обожал носки. Покупал дорогие хлопковые с широкой резинкой. Не брезговал подтяжками для носков. Изредка практиковал гетры.

Как-то вечером в пятницу, после трудовой недели Дэвис зашел в бар. Недорогой демократичный паб на углу третьей и тридцать восьмой авеню. Стрелки часов давно миновали десять и устремились к одиннадцати, осеннее солнце опустилось за горизонт; на улице сделалось холодно и неуютно. Городские джунгли не любят осени. Желтый свет фонарей раздражал своей лживостью – он не согревал.

Джек вошел в двери и подумал, что неплохо бы пропустить стаканчик-другой.

(Давайте будем откровенны. Я не знаю, о чём думал в эту секунду Джек Дэвис. Я могу только предполагать. Быть может, он вовсе ни о чём не думал… а возможно, размышлял ни купить ли домой пеларгонию? Многие маньяки отличаются любовью к цветам.)

…В баре было накурено, над публикой вился обычно-необычный пятничный гул, состоящий из обрывков фраз, сигаретного дыма, выделений потовых желёз и неприличных до однообразия желаний.

Банку Дэвис держал отлично (ещё одно отличительное качество). При весе в сто пятьдесят фунтов (чуть меньше семидесяти килограммов) мог выпить бутылку кубинского рома и заправить нитку в иглу с первой попытки.

Джек дринкнул, заказал ещё. Закурил, разместил на стойке бара сигаретную пачку, зажигалку и столбик монет (он собирался позвонить; речь идёт, напомню, о "домобильных" временах). Обстоятельность говорила о том, что торопиться Джек не собирается.

Рассматривал грудастых девиц скопившихся у стойки. Собственно с одной из таких девиц и начинается история.

Существует особая категория женщин. Их оскорбительно считать проститутками. Для них медицина придумала особый термин – нимфоманки. Т.е. женщины, у которых всегда свербит, и которые не прочь взять за любовь деньги. Полагаю, это тот редкий случай, когда работа доставляет истинное наслаждение.

Но и к проституткам Дэвис относился терпимо. Почему нет? Спрос рождает предложение – базовый закон капиталистической экономики. Время от времени, Джек пользовался телами. Что делать? Человек он был неженатый, а удовлетворять естественные надобности необходимо.

(Может возникнуть вопрос, почему бы не завести интрижку? На работе, или в прачечной. В булошной, наконец. Я отвечу, что повествование идёт о каннибале Лекторе. Можете вообразить Лектора, у которого интрижка с официанткой в забегаловке? Нонсенс!)