Леди в красном

Прежде всего я хочу поблагодарить своего издателя, Роджера Купера из «Вангард-пресс», который бросился на освоение новых пространств и предложил мне его сопровождать. Я бесконечно обязана Роджеру за то, что он помог осуществить мою мечту и поддерживал меня своей неистощимой энергией и энтузиазмом.

Также я хотела бы сказать «спасибо» моему другу и литературному агенту Сьюзан Гинзбург, без которой о создании этого произведения не могло бы быть и речи. Сьюзан — это глина, которая связывает все воедино, не позволяя распасться.

Книга не была бы достоверной, если бы не люди, которые помогли мне получить необходимую информацию. Спасибо Робин Шварц за ее неоценимую помощь в области права и юриспруденции. И Чару Бодену из «Устриц Джад Ков», который не только посвятил меня в тонкости разведения устриц, но и собственноручно доставил три дюжины самых сочных из всех, что мне когда-либо доводилось пробовать. Спасибо Холи Кинг из общественной библиотеки на Оркас Айленде за то, что заменила меня, позволив тем самым больше времени уделить написанию книги.

И в конце — что отнюдь не умаляет их значимости! — хочу сказать отдельное «спасибо» Биллу и Валерии Андерс за то, что устроили мне мой собственный полет на Луну.

Девять лет назад

— Всем встать!

Вокруг с шумом и шарканьем вставали люди, скрипели стулья. Эллис же отреагировала с небольшим запозданием — за два дня дачи свидетельских показаний ее реакция притупилась. Два дня сухих, подробных бесед о тормозном пути, оставленном колесами автомобиля, о содержании алкоголя в крови и степени повреждения транспорта по отношению к травмам тела… Казалось, все это имеет к ее сыну Дэвиду такое же отношение, как обведенные мелом контуры тела на асфальте — к живому человеку, жизнь которого оборвалась столь жестоко и нелепо.

Упершись ладонями в стол, словно это был рычаг, Эллис поднялась. Адвокат Уоррен Брокмен бросил на нее теплый, полный участия взгляд серых глаз. Она едва заметно кивнула в ответ, давая понять, что в порядке. Хотя на самом деле это было далеко не так. Кровь отхлынула от головы, и она чувствовала, что все плывет перед глазами. В ушах что-то слабо, но настойчиво жужжало, а мышцы ног дрожали так, словно она милю пробежала.

«Ложь!» — беззвучно выкрикнула она в лицо убийце своего сына, который предстал перед судом в качестве свидетеля. Изобразив на лице угрызения совести, которые терзали бы любого невиновного человека на его месте — или того, кто хотел таковым казаться, — он рассказал свою исковерканную версию случившегося. Выслушав его, Эллис издала про себя вопль негодования, прикусив щеку с такой силой, что та стала кровоточить и уже невозможно было раскрыть рот и выплеснуть в зал суда всю переполняющую ее ярость.

Теперь присяжные вернулись, готовые вынести приговор. Адвокат Оуэна Уайта, коренастая, непривлекательная женщина в таком же неприглядном бледно-зеленом платье, стояла рядом с клиентом, положив руку ему на плечо. Все ее действия были направлены на то, чтобы представить его как жертву — невиновного человека, затравленного обезумевшей от горя матерью. Внешним видом он отлично вписывался в свою роль — такой мягкий и безобидный, с бледным, незапоминающимся лицом и невинными голубыми глазами; его редеющие волосы сливались по цвету с кожей, кроме того, на нем был какой-то затрапезный сюртук, который не допускал и мысли о том, что у этого человека могут водиться деньги. Он вполне мог сойти за одного из тех безымянных, безликих мужчин среднего возраста, с которыми так часто приходится сталкиваться в повседневной жизни — в банках, страховых компаниях, агентствах по прокату. Эти люди улыбаются вам и перекидываются парой-тройкой ничего не значащих слов, пододвигая очередной бланк на подпись.

Со свидетельского места он отвечал на вопросы ее адвоката тихим, исполненным достоинства голосом. Его лоб не блестел от пота, а глаза за стеклами очков в проволочной оправе были чистыми, как слеза младенца. И лишь изредка, когда он натыкался взглядом на Эллис, их застилала пелена скорби, словно ему было небезразлично ее горе.

Но она знала, как все обстояло на самом деле. Именно поэтому она потратила восемнадцать месяцев и практически все их с Рэнди сбережения на то, чтобы привлечь этого человека к ответственности за смерть сына.