Леди-интриганка

– Неслыханно! Просто неслыханно! – раздался возмущенный мужской шепот. – Моей жене каким-то образом попал в руки экземпляр этого мерзкого «Руководства для леди».

– Почему вы так решили? – таким же хриплым шепотом отозвался другой мужчина.

– Да это же очевидно! Она так себя ведет... Все время несет какие-то глупости о современной женщине в наше время, о независимости! Кипятится, как чайник. Вот только вчера она явилась в мой личный кабинет и начала расспрашивать о карточных векселях да о том, сколько времени я провожу в «Уайтсе».

Послышался гневный вздох.

– Возмутительно! – пробормотал обладатель хриплого шепота.

– Именно так я ей и заявил.

– И что сделали?

– Ну, так сказать, выпроводил из кабинета, вызвал экипаж и отправил ее в «Асприз» выбирать новую шляпку, чтобы было чем занять мозги.

– Отлично! Полагаю, ваша стратегия себя оправдала?

– К несчастью, не совсем. Я надеялся на большее. Вчера вечером я обнаружил, что она ждет меня в моей спальне! Говорю вам, я был в шоке, просто в шоке. Я ведь только что вернулся от любовницы и был абсолютно вымотан. Черт подери! Жена не должна предъявлять такие требования, не должна ничего ждать!

– На прошлой неделе моя жена умудрилась сделать то же самое, – унылым тоном вступил в разговор третий. – Явилась ко мне в спальню и нагло толкнула меня на матрас, а потом... Э-э... могу только сказать, что она просто прыгнула на меня! Практически раздавила мне легкие и чуть не переломала кости. И пока я лежал обездвиженный от потрясения, не способный даже вздохнуть, она заявила самым нетерпеливым тоном: «Шевели хоть немного задницей!» Только представьте себе такую недостойную выходку! А потом, когда я думал, что больше меня уж ничем не удивишь, она потребовала объяснить, почему я никогда...

Голос стал еще тише. Леди Кэтрин Эшфилд, виконтесса Бикли, придвинулась ближе к экрану в восточном стиле, который скрывал ее присутствие от джентльменов по ту сторону.

– Этого Чарлза Брайтмора надо остановить! – горячо прошептал один из джентльменов.

– Согласен. Он навлек на нас бедствие прямо-таки гаргантюанских масштабов. Представить страшно, что моя дочь может прочесть это проклятое «Руководство». Да мне ни за что не выдать ее замуж! Независимость! Черт возьми! Абсолютная чушь! Это «Руководство» может оказаться похуже писанины дамочки Вулстонкрафт. Все эти реформистские разговорчики – сущий вздор.

Послышалось одобрительное бормотание. Шепот продолжился:

– А что касается спальни, то женщины и без того достаточно беспокойные создания. Подавай им то новое платье, то серьги, то экипаж, то еще что-нибудь. А теперь их аппетиты дошли и до этого! Возмутительно! Особенно если женщине столько лет, сколько моей жене, к тому же у которой двое взрослых детей. Да это просто неприлично, вот что я вам скажу!

– Абсолютно согласен. Попадись мне этот подонок Брайтмор, я бы своими руками свернул ему шею. Вывалять его в дегте и перьях – слишком мягко для него. Все, с кем я разговаривал, считают, что Чарлз Брайтмор – это псевдоним. Говорят, что этот трус ни за что не решится предстать перед публикой под своим настоящим именем. В «Уайтсе» вся книга пари исписана ставками насчет его личности. Черт возьми, да кому придет в голову придумать такое, а тем более написать?

– Ну, я заезжал в «Уайтc», прежде чем попасть сюда. И надо сказать, последние предположения сводятся к тому, что. Чарлз Брайтмор на самом деле женщина. Да-да! Я даже слышал...

Мелодичная трель женского смеха заглушила глухой шепот невидимого джентльмена. Кэтрин придвинула голову ближе, разве что не прильнула ухом к декоративной перегородке.

– ...если же все – правда, то это скандал века! Дальше последовало неразборчивое бормотание, потом Кэтрин услышала:

– ...два дня назад нанял сыщика, чтобы докопаться до истины... Очень хорошие рекомендации... Без лишних церемоний... Разнюхает, в чем тут дело. Фактически... Черт возьми! Жена меня заметила. Вот черт! Только посмотрите, как она строит мне глазки! Я просто шокирован. Беспрецедентное поведение! Я даже напуган!

Кэтрин заглянула за краешек перегородки. Леди Маркингуорт стояла у края танцевального зала. Неудачный оттенок желтовато-зеленого атласа, в который была облачена ее внушительная фигура, бросал на лицо желчные блики. Ее темно-каштановые волосы были уложены в замысловатую прическу с длинными буклями, лентами и павлиньими перьями.