Леди и старая тайна

 Карина Пьянкова

 Леди строгих правил. Леди и старая тайна

 Наверное, мне следовало плакать с того самого момента, когда я вновь ступила под родительскую сень. Но... но я всегда плохо умела это делать. Поэтому с головой окунулась в домашние дела.

 Мне всегда думалось, что душевные муки - следствие избытка свободного времени. Поэтому я считала, что мне нельзя оставлять ни одной минуты на размышления.

 - Кэтрин, дорогая, ты уморишь себя, - заметил Эдвард, садясь напротив меня.

 Я обложилась бухгалтерскими книгами, от которых не отрывалась последние две недели. За время моего отсутствия дела семьи пришли в беспорядок.

 - Перестань работать хотя бы на пару дней! Ты исхудала, бледней покойницы... Отдохни несколько дней... Клянусь, если бы я знал, чем обернется твоя поездка в столицу, я бы сделал все, но не позволил тебе покинуть дом!

 Мне оставалось только грустно улыбнуться в ответ. Словно бы хоть что-то в этом мире могло остановить меня, если я принимала решение. Я сама решила отправиться в столицу с Эбигэйл, сама предала доверие ее дяди... Ничьей больше вины в случившемся нет.

 Хорошо, что лорд Дарроу был настолько любезен, что не отписал родителям обо всем произошедшем... Не представляю, как бы смотрела им в глаза, если бы им довелось узнать всю правду о поведении своей старшей дочери...

 - Право, Эдвард, ты говоришь странные вещи. Я всегда любила заниматься домашними делами, - откликнулась я, поднимая глаза на брата.

 Тот казался излишне взволнованным, чего с ним не случалось уже довольно давно.

 - Но не настолько же сильно, Кэтрин! - возмутился брат, вставая напротив. - Ты практически не выходишь из дома, всего два раза выбралась в гости к нашим старым знакомым и даже не познакомилась с семейством, которое арендовало Фарингтон-лодж! Ты наверняка нездорова, сестра!

 Все верно, вернувшись из столицы, я изменила разом всем своим привычным обыкновениям и скрылась в доме, заняв себя бытом, и при каждом удобном случае принималась за вышивание. Эдвард теперь оказался вынужден сопровождать Энн и Эмили на все вечера и балы, благо, не так часто их устраивали в наших краях. Это приводило дорогого брата в состояние крайнего расстройства. Прежде он мог отказаться от подобных выездов, ведь я берегла репутацию нашего семейства едва ли не лучше самого Эдварда.

 - Люди порой меняются, - пожала плечами я.

 - Меняются! - едва ли не с отчаянием воскликнул брат. - И я желаю знать, что именно изменило тебя! Что случилось, Кэтрин? Кто обидел тебя, дорогая, скажи мне? Твоя новая подруга? Мистер Оуэн? Мистер Уиллоби? Или сам лорд?

 Куда проще было бы, если б меня действительно кто-то обидел... Но ведь это не так.

 - Мисс Оуэн удивительно добросердечная девушка, ее брата я смело могу назвать своим другом, как и кузена... - улыбнулась я с грустью. - А лорд Дарроу был так милостив ко мне, что я никогда не смогу забыть его доброты...

 Разговор стал для меня подлинной мукой, но дорогой Эдвард в полной мере унаследовал фамильное упорство Уоррингтонов, поэтому не намеревался отступать, пока не получит ответы на все вопросы.

 - Положим, ты сказала мне правду, но тогда почему ты вернулась домой несчастная и разбитая?

 Я устало прикрыла глаза.

 - Прошу, не настаивай на ответе, Эдвард. Ради милосердия Создателя нашего, не настаивай.

 В голосе моем звенели слезы... Но ведь Уоррингтоны не плачут... Уоррингтоны не плачут, не падают в обмороки... Как много того, что не делают представители моей семьи...

 - Создатель... Что случилось, Кэтрин? Клянусь, я вызову на дуэль любого из них, только скажи, кто виноват!

 Кто виноват?

 - Тогда тебе следует вызвать на дуэль меня! - не сдержавшись, воскликнула я. - Меня! Это я во всем виновата! Я поступила недостойно по отношению к лорду Дарроу, обманула его доверие! Предала!

 Сказать правду оказалось так... стыдно. Щеки пылали от смущения.

 Брат замер, не сразу подобрав подходящий ответ.

 - Ты... Что же такого ужасного ты совершила, Кэтрин? Я знаю тебя с рождения, ты любишь вертеть людьми, тут нет сомнений, но не способна на настоящую подлость.

 А вот я уже сомневалась в этом, сильно сомневалась... Ведь я...

 - Я помогла... Прошу, не спрашивай меня... - взмолилась я из последних сил.

 Как могла я рассказать брату о подобном своем проступке? Нет... Брат начнет презирать меня, а ведь его мнением я дорожила едва ли не больше, чем мнением родителей.

 - Хорошо, дорогая, - смилостивился надо мною Эдвард. - Я не стану больше расспрашивать тебя. Только, умоляю, приди, наконец, в себя, и стань снова моей несгибаемой и деятельной сестрой Кэтрин. Такой, как была всегда.

 Не сразу, но мне удалось улыбнуться.

 - Но ты ведь ненавидел, когда я устраивала знакомства с подходящими людьми, пыталась найти подходящие партии для сестер и тебя. Всегда ненавидел.

 Брат подошел вплотную и погладил меня по голове, ласково, словно я была маленьким ребенком.

 - Лучше уж так, чем видеть тебя настолько несчастной.

 - Полно, я вовсе не несчастна.