Лёд моей души

Аля не сразу поняла, что заблудилась.

Вернее, из какого-то ослиного упрямства она безрассудно долго не желала признавать этого, продолжая упорно брести вперёд – наугад, почти вслепую, поскольку не на шутку разыгравшаяся метель лишила её последней возможности хоть как-то сориентироваться на местности. Она давно сбилась с пути, но продолжала идти, непонятно на что надеясь – должно быть, на чудо.

То, что она сглупила, даже не так – ступила, отправившись на прогулку одна, теперь было ей совершенно очевидно. Развеяться захотелось… Вот ведь дура! В первый же день, ничего толком не зная о месте, в которое приехала, не познакомившись как следует с Байкалом, не привыкнув к его норовистому характеру… Залюбовалась голубыми торосами*, мощью и толщиной невероятного ледяного наряда, сковавшего озеро, раззявила рот как глупая малолетка – вот и получай теперь!

Впрочем, несколько часов назад эта затея не казалась ей ни опасной, ни глупой. День выдался довольно тёплым и ясным, сиднем сидеть в лагере было бы просто обидно. Изумительной красоты лёд, знакомый Але до этого лишь по фотографиям и видеороликам в интернете, сверкал в солнечных лучах, заставляя жмуриться и спасать глаза за тёмными очками, поскольку она слышала: если долго-долго смотреть на эту белизну, можно получить ожог роговицы.

– Я пойду погуляю немного, – сказала Аля. – Погода прекрасная!

Их повар Анжелика – из местных – аж перекосилась в ответ на эту её невинную реплику.

– Никогда не произносите вслух фразу: “Сегодня прекрасная погода!” – предостерегла она.

Аля округлила глаза в неподдельном изумлении.

– Это ещё почему?

– Ну, как бы вам объяснить… это стоп-фраза. Такая же, как, к примеру: “Теперь меня уже точно ничем не удивишь!” Поверьте, Байкал всё слышит и чувствует… и удивляет, удивляет раз за разом! Здесь нельзя быть излишне самоуверенным.

Аля снисходительно улыбнулась (ох уж эти глупые суеверия и предрассудки!), но, покачав головой, ничего не ответила.

– И вообще, не отходите далеко от лагеря, – попросила Анжелика. – Гуляйте на виду. Тут очень легко заблудиться. Ну и мало ли… трещины, становые щели**… И люди, и машины каждый год проваливаются.

– Вы меня специально запугиваете, что ли? – прищурилась Аля.

Озеро, ярко освещённое солнцем, казалось ей сейчас приветливым, дружелюбным и совершенно безобидным; к тому же, собираясь в эту поездку, Аля перелопатила и изучила тонны полезной информации о местности, готовясь наповал сражать туристов интересными и удивительными фактами.

– Что мне вас запугивать, – сухо обронила Анжелика, – говорю как есть. Информирую.

– Спасибо за информацию, но я уже большая девочка, как-нибудь разберусь сама, – язвительно отозвалась Аля.

И вот теперь “большая девочка” брела по льду, борясь с порывами ветра, сбивающими с ног, и ничего не видя в этой густой злой вьюге. Мобильная сеть не ловила, но даже если бы Але удалось дозвониться хоть до кого-нибудь, она не представляла, как описала бы спасателям своё местоположение: “Стою где-то посреди Байкала и ни черта не вижу?” Оставалось уповать лишь на то, что в лагере уже хватились и ищут её. Аля вспомнила предостерегающие слова поварихи и почувствовала, как щёки обожгло стыдом. Сама виновата, как ни крути. Ещё и посмеивалась снисходительно над здешними предрассудками…

_____________________________________

*  Торосы – нагромождение обломков льда (на Байкале они могут достигать 12 метров в высоту), которые образуются в результате сжатия ледяного покрова и характеризуются большой неровностью и хаотичностью ледяного покрова.

** Становые щели возникают при перепаде температур воздуха вследствие теплового расширения или сжатия ледяного покрова.

Она действительно не сразу заметила, что стемнело. Просто солнышко потихоньку начало клониться к горизонту, но Але было не до этого: она увлеклась фотографированием окружающих пейзажей на телефон. Никогда в жизни она не видела ничего подобного! В лучах заката казалось, что лёд – это вовсе не лёд, а рябь на воде с вкраплениями небольших снежных островков. Выглядело жутковато и одновременно безумно красиво…

Озеро в самом деле было живым, Аля знала, чувствовала это всем своим существом. Оно дышало, потрескивало, словно разговаривало с ней. Не удержавшись, Аля опустилась на колени и приложила ухо к ледяной корке. То бурление, что она услышала под толщей льда, было похлеще, чем в кастрюле с кипящим супом…