Лёд и пламень

Рассвет едва занимался, окрашивая край неба в лиловый цвет. В маленьком кафе при заправке почти никого не было. Охранник, примостившись на табурете, дремал в углу. Единственная посетительница этого кафе, склонившись над дымящейся чашкой кофе, вдыхала его терпкий аромат. На самом деле её уже начинало тошнить от этого запаха, но другого способа взбодриться не было. Ева провела в пути почти двое суток, и ещё ни разу ей не удалось поспать. Не то чтобы она не позволяла себе отдохнуть, торопиться было некуда, просто состояние нервного возбуждения не давало ей уснуть.

Сейчас, когда силы её были на исходе, а разум затуманен усталостью, она сомневалась в решении покинуть свой дом и отправиться за тысячи километров на поиски неизвестно чего. Хотя домом крохотную студию, которую она снимала вот уже несколько лет, едва ли можно было назвать. Однако это всё, что она могла себе позволить, работая графическим дизайнером в небольшой типографии. Её творческий потенциал разбивался о макеты стандартных визиток и рекламных листовок. Скучные, бесперспективные дни, незаметно сменяющие друг друга, превратили её жизнь в серую рутину. Именно поэтому она не станет жалеть о том, что уволилась. И ещё потому, что вдруг поняла: ничто не держит её в этом городе. И всё же это была жизнь: не самая яркая и счастливая, но спокойная и стабильная. Теперь же полная неизвестность будущего пугала Еву до спазмов в животе.

Судорожно вздохнув, она достала из кармана письмо, которое пришло ей неделю назад. По протёртой до дыр на сгибах бумаге становилось понятно: прочитано оно было не один десяток раз. Короткое письмо. Несколько неуверенных строк на пожелтевшей от времени бумаге, написанных неизвестной женщиной, называющей её по имени и сообщавшей Еве, что она является её бабушкой.

Дорогая моя девочка. Я твоя бабушка – последний, уже оборванный корень твоей жизни, твоей истории. Мне больно оттого, что я так и не узнала тебя. Всё лишь в попытке уберечь. Стало ли это моей ошибкой, решать тебе. И всё же человек, не знающий своих корней, потерян в этом мире. Твоё существование – провидение высших сил, предзнаменование перемен, которое пришлось бы не по душе многим в то время, когда ты родилась. Времена меняются…

Твоя сила в корнях.

Бабушка, с любовью длиною в целую жизнь.

К письму прилагалось заверенное у нотариуса завещание, по которому дом – единственная собственность женщины, называющей себя её бабушкой, после её смерти отходил Еве.

Тяжёлый вздох вырвался из груди Евы. Какое-то время она сомневалась в том, что это письмо адресовано именно ей. Но на конверте был указан её адрес, а так же фамилия и имя. Почему сейчас? После стольких лет? Ева всегда знала, что родители, вырастившие её – не родные. Они не были близки, но она испытывала благодарность за заботу, пусть и своеобразную. Еве едва исполнилось восемнадцать, когда они погибли в страшной аварии. Она осталась одна в уже сознательном возрасте, но ощущение одиночества тянулось за ней с самого детства. Казалось, оно было с ней всегда. Оно же помогло ей стать самостоятельной и независимой. Люди мимолётно проходили по краю её жизни, не задерживаясь и не вызывая привязанности. Это тяготило Еву, но не настолько, чтобы пытаться кого-то удержать рядом. Она не могла заставить себя принять и полюбить тех, к кому не тянулось её сердце.

Письмо перевернуло жизнь Евы. С тех пор как она обнаружила его в почтовом ящике, она не находила себе покоя. И хотя порой ей приходили мысли о настоящих родителях, Ева не позволяла зародиться в душе желанию найти их. Зачем ей люди, которые отказались от неё? И вот теперь в выстроенной стене появилась большая трещина. Вопросы из риторических превратились в реальные, ответ на которые можно попытаться получить. Почему ей написала бабушка? Почему письмо пришло только после её смерти? Почему в нём нет ни слова о её родных родителях? Где они? Ждут её в этом доме? От количества вопросов, роящихся в голове, в висках запульсировала боль. Ева сложила письмо и снова сунула его в карман куртки.

Почти неделю она промучилась в сомнениях, а потом написала заявление на увольнение, сложила свою жизнь в несколько коробок и оправилась на старенькой Fabia навстречу неизвестности. Теперь пути назад не было.