Лабиринты Волшебного мира. Том 3. Лох-несская красавица

Художники: D. Anfuso (обложка, иллюстрации),

И. Бунькова (иллюстрации)

Юрий Николаевич Кузнецов, автор книг, изданных в России и Германии, из которых наиболее известна сказочная повесть «Изумрудный дождь», родился в г. Анжеро-Судженске Кемеровской области. Окончил Горьковский политехнический институт, работал в Ярославле. С 2010 года проживает в г. Реутов Московской области. Член Союза писателей России.

Юрию Кузнецову удаётся создавать необычные фантастические миры, где и происходят увлекательнейшие приключения его героев, которых объединяет любовь к приключениям, верность друзьям и, конечно же, доброта, которая даже из злой колдуньи способна сделать вполне симпатичное существо.

В сказочных повестях Юрия Кузнецова оживает необычный мир, в котором живут удивительные, яркие, запоминающиеся и, конечно, необычные герои. Пусть они – и не совсем такие, какими бывают в традиционных сказках. Острые, захватывающие дух приключения в его новой книге переносят читателя в загадочные сказочно-фантастические миры. В них наряду с нашей родной Землёй уживается планета параллельного мира Рамерия, планета антимира Ирэна и совсем уж необычная планета встречного мира Биярмия, родина драконов. Вездесущи пути их лабиринтов: не зря, видимо, существует столько мифов, легенд и сказаний. А писателю Юрию Кузнецову (по другой специальности – радиоинженеру) всегда хочется объяснить сказку. И он умеет делать это так, что читатели обретают в этом мире сказки реальность, удивительная волшебная сказка становится былью. Герои Юрия Кузнецова, зачастую самые обычные мальчишки и девчонки, умеют найти общий язык везде и со всеми, ведь для мысли нет преград и расстояний. И в каком бы мире, на какой планете, на воде или под землёй не происходила извечная сказочная борьба Добра со Злом, его положительные герои всегда легко, весело и задорно побеждают. Так и должно быть в хорошей сказке! И я хочу пожелать этому поистине уникальному, доброму сказочнику открывать для нас всё новые и новые тайны его сказочного мира, который уже стал нашим общим миром сказки, мечты, приключений.

Плесси медленно и печально плыла против течения реки, еле-еле шевеля ластами. Раньше она никогда не грустила, даже не знала, что это такое. Были дела и более важные! Например, нужно было неусыпно и неустанно следить, чтобы кто-нибудь не забрался в её охотничьи угодья. Еды в реке и на одного плезиозавра едва хватало. Но после того, как Плесси рассталась с девочкой-уидом Аидой и саблезубым тигром Ахром, которые однажды прилетели с Земли, а потом вернулись домой, плезиозавру вдруг стало понятно, что это такое – одиночество.

– Навестить, что ли, Дельфа, Ихтио и Бела, – вспомнила она неразлучную троицу ихтиозавров, обитающих неподалёку в озере, что находится ниже по течению реки. – Подумаешь, всего-то полдня пути. Им хорошо, всегда можно на троих чего-нибудь сообразить, что перекусить, что поиграть…

Плесси резко развернулась на месте, энергично загребая ластами враздрай, правыми – в одну сторону, левыми – в другую. Автомобилисты назвали бы это «полицейским разворотом». Образовавшийся водоворот взбаламутил всю живность, тихо-мирно дремавшую в придонном иле. Даже громадное членистоногое поспешило убраться восвояси подобру-поздорову, хотя и задним ходом, но очень шустро: «Кто его знает, что у этой ластоногой на уме?»

А Плесси уже изо всех своих немалых силёнок мчалась по реке, иногда чуть ли не выпрыгивая из воды. Плеск волн насторожил и спугнул стадо антилоп, на всякий случай решивших убежать подальше от источника шума. Это и спасло их от нападения Махай-Рода, притаившегося в прибрежном кустарнике.

– Опять эта Плесси мне всю охоту портит! – недовольно проворчал тигр. – Мало ей того, что в прошлый раз девчонку с тигром отбила. Ну, погоди, как-нибудь подстережём тебя на бережку, останешься без ласт. А то и без головы, если нам повезёт…

Уже к вечеру Плесси добралась до устья реки, но покидать её не торопилась: «то знает, с какой ласты ихтиозавры сегодня встали? Дружба дружбой, а кушать хочется всегда…»

Она затаилась в прибрежных зарослях, положив голову на камень, едва заметно выступающий из воды. Ночь прошла спокойно, если не считать истошного визга какой-то зазевавшейся жертвы и победного рёва хищника на берегу. Но гладь воды оставалась спокойной.