Лабиринты соблазнов

Похититель смотрел на Люсеньку и, казалось, никак не мог ею налюбоваться. Он то отступал от кровати на несколько шагов, то вновь приближался, словно не веря глазам своим и пытаясь как следует разглядеть вожделенную добычу. Лицо его сияло от счастья, губы кривились в сладострастной улыбке, кажущейся Люсеньке дьявольской и вселяющей в душу неподдельный ужас.

Она на миг зажмурилась и тут же открыла глаза, словно боялась, что он набросится на нее. Видение не исчезло.

– Ну надо же такому случиться! Целый год безнадежных поисков – и на тебе, такая награда! Где я тебя только не разыскивал: и в глухих деревнях, и в монастырях, и вообще черт знает в каких невообразимых местах, вроде моргов и кладбищ. Кто бы мог подумать, что мы встретимся в таком прозаическом месте, как аэропорт! Что ж, на ловца, как говорится, и зверь бежит. И вот мне вознаграждение за тяжкий труд – великолепная копия Милы Миланской собственной персоной! Наконец-то я заполучил тебя, проказница. Ох и дел мы теперь с тобой натворим! Где же ты все это время пропадала? Надеюсь, не станешь притворяться, что не узнала меня? – Он уставился на девушку вопрошающе.

Несомненно, она узнала его. Именно этот человек подошел к ней в аэропорту и, воспользовавшись ее плохим самочувствием, обманул Люсеньку, поведав об Алеше, якобы попавшем в аварию, затем заманил в машину, где его уже ждал помощник. Верзила схватил Люсеньку за шею и чуть не придушил до смерти. Она невольно коснулась все еще побаливающего горла, помня грубые тиски, ужас, охвативший ее, сбившееся дыхание, за которым последовала чернота кромешной тьмы.

Это был тот самый ирод, которого так боялась бабушка. Тот самый высокий злой старик, который когда-то наобещал Люсеньке золотые горы и попытался увезти ее насильно, после чего бабушка в один день продала соседке Валюшке их домик в деревне, и они скрылись от преследователя сначала в монастыре, затем в таежном скиту. Однако все старания оказались напрасными.

Случилось самое невероятное, что только могло случиться: после целого года, проведенного в глухой тайге, и благополучного возвращения в столицу внезапно нарваться на этого упыря, не спускающего сейчас с нее торжествующего восторженного взора, казалось, пытающегося пробраться прямо в ее душу. Ловушка, в которую она когда-то сама загнала себя, захлопнулась!

Люсенька почувствовала, как снова закружилась голова. Почему он смотрит на нее так, словно хочет… превратить в свою куклу для игр? Нет-нет! Не для того же он разыскивал ее весь этот год. К тому же если это дядюшка Милы, то и вовсе подобное предположение – чушь полнейшая!

– Вы кто – Миланский Руслан Романович, дядюшка Милы?

Старик разразился таким истерическим хохотом, что Люсеньке стало не по себе. Успокоившись и вытерев мокрые от слез глаза, он снисходительно произнес:

– Вот ведь дуреха! Да с чего ты это взяла?

– Я видела вашу фотографию в книге «Как стать Милой Миланской». Вы с Милой стоите рядом возле вертолета.

– И что? Сделала скоропалительный вывод, что я и есть ее дядюшка? Нет, голуба моя, теперь Мила Миланская со своим дядюшкой от нас с тобой по другую сторону баррикад. Мы же – те, кто их уничтожит. А за то, что она без моего ведома разместила мое фото в своем глянцевом порнопродукте, я с ней еще посчитаюсь. Позволь представиться: Троянов Владислав Антонович, головная боль и палач рода Миланских. Прошу любить и жаловать, – хохотнул старик. – Ты же хотела оказаться на ее месте, вот я тебе и предоставлю такую возможность. Наверняка спала и видела, как поменяешься с ней местами? А мечта-то возьми, да и начни сбываться с моей помощью! И повезло же тебе!

– Надеетесь, что и вам повезет, если вы окажетесь на месте Миланского?

– Ишь ты, какой у тебя остренький язычок! Прямо как у самой Милы. Но я не такой дурак, как ты. Меня и мое собственное место устраивает. Я известный бизнесмен, политик, меценат и вообще прекрасный во всех отношениях уважаемый всеми господин. А вот тебе чужое место как раз впору придется, так как ты сейчас – Никто, Ничто и звать тебя Никак. Одним словом – пшик. Миланскому же скоро не позавидует ни одна собака. Ах, Люсенька, как же ты вовремя появилась! Почти одновременно со своим оригиналом.

– С Милой? А она-то где была все это время?