Кувшин желаний

Когда-то давным-давно в чаще индийского леса встретились два шакала – Калила и Димна.

Знаете ли вы, какой удивительный зверь шакал? Он не так велик, как слон, не так силён, как лев или тигр, и выживать в джунглях ему помогают острый ум и проницательность. Вот и наши друзья были настоящими мудрецами. Чтобы скоротать день до вечера, они завели долгую философскую беседу: о добре и зле, правде и лжи, верности и предательстве, доблести и малодушии. Каждый приводил примеры из жизни своих соседей – зверей и людей. И такими увлекательными были эти рассказы, что ветер, заслушавшись, подхватил их и понёс по свету – за пределы Индии, в дивную Персию, солнечную Аравию, всё дальше и дальше… и вот, наконец, донёс до нас.

Однажды шайка воров собралась ограбить дом. Хозяин проснулся от шагов над головой и понял, что на крыше – воры.

Он тихонько разбудил жену со словами:

– Не спи, женщина! Живей просыпайся, в наш дом забрались воры.

Туран проснулась и запричитала:

– Воры! Ой, Давуд, как нам теперь быть?!

– Не бойся, – ответил Давуд, – я знаю, что делать. Я буду молчать, а ты говори как можно громче, чтобы воры слышали. Расспрашивай меня, откуда взялось у нас разное добро и деньги.

– Думаешь, так надо? – засомневалась Туран.

– Да, начинай, – велел Давуд.

Тогда Туран принялась во весь голос расспрашивать мужа обо всём, как он просил.

Давуд громко отвечал:

– Слушай, ты мне всю душу вымотала! С вечера до поздней ночи всё пристаешь! Отвяжись от меня, наконец!

– Если не скажешь, я уйду от тебя и не вернусь! – не унимается женщина.

– А вдруг я открою тебе правду, а кто-нибудь услышит, – отвечает муж, – и люди могут узнать, откуда моё богатство?

Туран опять за своё, мол, хочу знать и всё тут!

– Обязательно тебе надо настоять на своём, жена! – воскликнул Давуд. – Так знай: всё свое добро я добыл воровством. В моём ремесле мне не было равных, а тайна моего успеха – одно волшебное слово.

– Так… так… – подхватила жена, – рассказывай дальше.

– В лунные ночи, – продолжил Давуд, – я становился у стены богатого дома и семь раз произносил: «Шулям!». После чего я запросто оказывался на крыше. Там опять семь раз произносил: «Шулям!». После этого я прямо с крыши попадал в дом. Стоило мне ещё раз произнести это слово, всё, что есть в доме ценного, я видел, как при свете дня, и забирал себе. Наконец я снова семь раз повторял слово «шулям» и оказывался снаружи. Благодаря этому волшебному слову я оставался невидимым в доме и по улице проходил незамеченным. Вот теперь ты знаешь, как я разбогател. Но запомни, жена, не вздумай никому об этом проболтаться. Никто на свете не должен узнать мою тайну, иначе не видать мне счастья.

– Ах, вот оно что, – промолвила Туран.

– Ну, – сказал Давуд, – успокоилась ты, наконец, когда всё узнала? Ведь несколько дней подряд донимала своими расспросами! Теперь спи уже!

После этих слов муж с женой сделали вид, что заснули.

Воры, которые не пропустили ни слова, пришли в восторг, проникнув, как они думали, в тайну хозяина. Они немного подождали, пока не убедились, что в доме все спят. Тогда главарь воров семь раз возгласил: «Шулям!» – и через дверцу на крыше вознамерился попасть в дом. Тем временем Давуд убрал лестницу, и главарь кубарем свалился вниз. Тут уж хозяин набросился на него с дубинкой. На шум сбежались соседи и помогли скрутить грабителей. Тогда Давуд сказал их главарю:

– Я всю жизнь трудился, чтобы скопить своё добро. А ты теперь хочешь сложить его в мешок и унести? Что же ты за человек такой?!

– Я глупец, который услышал твои слова и поверил им, – ответил вор. – Мне показалось, что я смогу сотворить чудо, но вместо этого отведал палок и расплатился за своё невежество.

Было то или не было… Бегал по лесу пёс в поисках пропитания. Вот приметил он издали кусок чёрствого хлеба, схватил и слопал. Облизал языком морду и говорит: «Что-то маловато было, проглотил и не заметил! Найти бы чего-нибудь посытнее да повкуснее!».

Пёс давай рыскать по лесу. И вот снова что-то съедобное вдали померещилось. Подбежал, вцепился, и так грызет и эдак, никак угрызть не может. А то был кусок войлока, который валялся в кустах. Понял пёс, что это несъедобно, залаял, прорычал: «Ужас, до чего в брюхе у меня урчит!». Отбросил он войлок в сторону и побежал дальше. Глядь – а на берегу ручья лежит кость. От радости глаза у него засверкали, вцепился он в кость зубами и сам себе говорит: «Ну, будет пир на весь мир! Наемся до отвала!».

Огляделся вокруг наш пёс, убедился, что никого нет поблизости, значит, можно лечь в сторонке и со спокойной душой отведать косточки. Тут взгляд его упал на воду и от неожиданности он выпучил глаза: на него смотрел какой-то пёс с костью в зубах.

«Подумать только! – сказал себе пёс. – Какая у него большая и вкусная кость! Надо бы и эту заполучить!».