Кулак обезьяны

— Господи, надымил-то! Дышать нечем. На улице весна, а у него окна все закупорены! Опять здоровье губишь? Все же насквозь прокурено. А почему мебель на старом месте? Я же тебе объяснила, где по фэн-шуй должны стоять кресло, стол и телевизор. Все, мое терпение лопнуло!

Симпатичная, сухонькая и очень подвижная старушка, одетая в голубые джинсы и легкомысленную майку с Микки-Маусом, словно ураган, ворвалась в квартиру Максима Печерникова.

— Ну, вставай, лежебока, с сегодняшнего дня ты начинаешь новую жизнь, — громко скомандовала она и тут же развила кипучую деятельность.

Шумно раздвинула шторы, настежь распахнула окно, погасила бессмысленно горевшую под потолком люстру. Затем включила на полную мощь музыкальный центр, откуда, разрушая остатки ночного забытья и барабанные перепонки, понеслись отчаянные завывания некогда популярной группы Guns N' Roses.

— Это невозможно, — простонал Максим, пытаясь натянуть на голову легкое покрывало и одновременно закрыть ладонями уши. — Хочу спать, я почти не спал сегодня…

— Вижу, — мстительно сощурившись, перебила его старушка. — Бутылка вон почти пустая в изголовье. Вставай, говорю! И настрой мне другую радиостанцию, где нормальная музыка. Лучше — классическая. Тебе надо восстанавливать душевную гармонию.

Позитивно заряженный ураган с лопоухим американским мышом на майке стремительно переместился на кухню. Откуда немедленно донеслись звуки льющейся воды и бряканье посуды, которую мыла и расставляла по местам умелая рука. Затем раздался грохот — это падали в мусорное ведро пустые пивные бутылки. В довершение всей этой звуковой вакханалии послышался низкий гул закипавшего электрического чайника.

«Поспать не удастся, точно, — грустно размышлял Максим, лежа под покрывалом, которое, увы, не могло защитить его от натиска внешнего мира. — Не даст она мне поспать. Сейчас чай начнет заваривать, вспомнит про этот свой «Цветок лотоса», и начнется…»

— Максимушка, а где «Цветок лотоса», который я тебе на той неделе приносила? Такой блестящий пакетик. Ты его что, уже выпил? — раздался из кухни бодрый голос.

— Да, конечно, — каркнул в ответ Максим, которому собственный голос подчинялся еще не вполне.

— Что? Говори громче, я не поняла, — закричала бабулька-ураган.

«Что за манера перекрикиваться через всю квартиру, — раздраженно подумал Максим. — Ведь проще подойти и спросить. Она и с Кристиной своей так общается — сидят в разных комнатах и орут друг другу, даже у меня слышно».

Собравшись с силами, он хрипло завопил:

— Выпил!!!

Смесь трав под названием «Цветок лотоса» имела странный неприятный запах, а по цвету напоминала разбавленную синими чернилами овсяную кашу. Поэтому блестящий пакетик Максим еще два дня назад аккуратно спустил в мусоропровод. Вместе с подробными рекомендациями, как правильно заваривать экзотический целебный напиток.

— Надо же, — снова раздался бодрый голос. — Быстро он у тебя закончился. Понравилось?

— Очень!

— Я тебе потом еще принесу, — донеслось из кухни. — У меня с осени большой запас остался. Ты доволен?

— Безумно! — рявкнул Печерников и злобно лягнул диванную подушку. Он терпеть не мог этого бытового вранья, но обижать гостью не хотелось — к ней Максим относился очень нежно и с большой симпатией.

Старушка, которая командовала сейчас на кухне, была соседкой Максима Печерникова по лестничной площадке. Точнее, если соблюдать хронологию, это он не так давно стал соседом Виолетты Никодимовны Рюминой и ее внучки, легкомысленной, но весьма привлекательной особы по имени Кристина.

То ли от внезапного резкого пробуждения, то ли от всех этих криков, то ли с похмелья, у Максима разболелась голова. К тому же вдруг страшно захотелось пить.

«Видимо, придется вставать, — тоскливо подумал он. — Впереди очередной пустой, бессмысленный день. Лучше бы спать до вечера, а вечером опять напиться».

Еще немного помаявшись, он буквально силком заставил себя подняться. Накинув халат, прошествовал в ванную и через двадцать минут, уже более-менее похожий на человека, появился на кухне. Здесь все было готово к его приходу — стол сервирован, вкусно пахло свежемолотым кофе и чем-то жареным. Максим непроизвольно сглотнул слюну и подумал, что последний раз ел более суток назад.

— Явление героя, — иронически молвила сидящая за столом старушка. — Наконец-то.

Печерникову вдруг показалась, что Микки-Маус на ее майке язвительно ухмыльнулся.

— Виолетта Никодимовна, — пробормотал Максим извиняющимся тоном. — Мне жутко неудобно. Вчера я как-то нехорошо себя чувствовал. И вот…

— Ладно, ладно, — рассмеялась соседка. — Известно, отчего все твои недомогания. Лучше садись, выпьем кофейку. А потом я с тобой хочу серьезно поговорить. То есть совершенно серьезно. Имей в виду, Максимушка, больше ты так жить не станешь. Хватит. Я сделаю все, чтобы ты принял человеческое обличье. А уж если я что решила, так оно и будет.