Куколка для братика

– Ты видел, куда он побежал? Он украл мой планшет!

– Вон туда, за угол. Эй, слизняк, ты знаешь, с кем связался? Стоять!

– Серый да, брось, мы его не догоним, знаешь какие эти беспризорники ловкачи!

– Нет, ну я только на пять минут отвернулся! Ладно, завтра скажу всем нашим, пусть проследят за сучонком.

– Пошли, вон какой дождь начался! Утро вечера мудренее.

Пятнадцатилетний мальчишка слушал их разговор, а сам прижимал к груди планшет, который так удачно стащил в кафе. Дело обычное, раньше были одни мобильные телефоны, а сейчас пора переходить на более дорогие побрякушки. Не может отдышаться, спрятался около мусорных баков, ну и воняет же здесь. Словно все гадости мира смешали в один большой котёл и хотят отравить весь город. Трудно восстановить дыхание, холодные мерзкие капли стекают по лицу, будто сам себя чувствуешь этим куском мусора. Пора выбираться отсюда, не хватало, чтобы они ещё вернулись и накостыляли тебе Лёх. Хочу подняться с земли, и уже покинуть это злосчастное место, как слышу детский плач. Я что совсем рехнулся? Походу пора заканчивать с воровством. Делаю несколько шагов и слышу детский шёпот, словно мурлыканье. Создалось такое впечатление, что маленький котёнок упал в мусорный бак и никак не может выбраться. Мне плевать, бездушная тварь, живот крутит от голода, ещё бы два дня не ел. Вот продам этот планшет на блошином рынке, и еды хватит на месяц. Так и живу с тех пор, как сука мачеха выкинула меня на улицу, а сама продала дом моего покойного отца. Алексей Никитин думал, что вся жизнь так и пройдёт в богатстве и беззаботном транжирстве. Каких игрушек у меня только не было, да я просто так давал деньги друзьям. Но когда в нашем доме появилась длинноногая Эльвира, жизнь превратилась в ад. Она стерва, загнала отца на тот свет, а меня, поскольку я несовершеннолетний хотела отправить в детдом. Но я предпочёл лучше стать беспризорником, чем поехать в ту тюрьму. Сначала я пытался зарабатывать честно, но после одного случая, когда мне не заплатили, психанул на весь этот мир, стал скотиной, но зато с сытым животом. Осматриваю мусорный бак, никого нет, всё пойду прочь.

– Мамочка… – детский плач, переходит в шёпот, который выворачивает мою душу наизнанку. Пытаюсь найти виновницу, но всё бесполезно.

– Мокро, мне слишком холодно! – голос где-то рядом.

Ищу глазами девочку, по такому нытью здесь сто процентов какая-то девчонка. Оно тебе надо Лёш? Ты бы уже сидел в заброшенном доме с булкой хлеба и горячим чаем. Хочу уже уйти, как доносится крики:

– Ай, мыши! Мама, почему ты меня бросила?

Терпение лопнуло, я начал буквально переворачивать все мусорные баки, никого не было. И когда я достиг последнего то, увидел маленького ребёнка, точнее девочку с двумя светлыми дохлыми косичками. Её грустные тёмные глаза уставились на меня, в руках какой-то вязаный зайчик, который весь в грязи, впрочем, как и она сама. На щеке прилипла какая-то обёртка, она, что пыталась найти еду в этом хламе мусора? Наклоняюсь совсем близко к этому чумазому недоразумению и пристально смотрю в глаза. Она вжимается в бак, при этом её зайчик падает на мокрый асфальт.

– Какого черта, ты ноешь? У меня уже голова болит от твоего плача!

– Я кушать хочу и ещё очень сильно пипи!

– Чего? Как можно хотеть одновременно два дела? Ладно, спать тебе есть где, вон в мусорном баке, кто-то выбросил одеяло.

– Подожди мне стлашно!

– Страшно! Ты чего шепелявишь? – касаюсь её щеки, кажется, что сейчас она упадёт в обморок, то ли от холода или от голода. Вот скажи, тебе нужны такие проблемы? Это хорошо, что ещё те отморозки ещё не вернулись.

– Когда я волнуюсь, то у меня плохо получает буква «р»!

– А чего трясешься? – не спускаю с неё своих серых глаз, почему я всё никак не могу оторваться от этой девчонки.

– Стлашно!

– Надо говорить страшно! – пытаюсь ей объяснить, но, кажется, ребёнок, итак, напуган.

– Стлашно.

– Нет, ну ты и упрямица! Где твои родители? – глажу по щеке, а дождь с каждой секундой усиливается, так и недолго заболеть.

– Сголели в доме…

– Сгорели? А как ты сама выжила? Сколько тебе лет? – поднимаю из лужи её игрушку и отдаю в руки, тонкие пальчики касаются ушек зайчика, она похоже на малюсенького ангелочка. Всегда мечтал о сестренке, о чём ты сейчас думаешь? Ноги в руки и побежал от этой малолетки.

– Пять. А тебе? – девочка перестала трястись, она, словно попала под очарование моих глаз.

– Много. Я на десять лет тебя старше! Ладно, я пойду, тебе со мной нельзя.

– Не бросай меня, я хочу кушать.

– И что? Я тоже голоден, но в отличие от тебя не ною! Раз ты осталась на улице, учись справляться с трудностями! – начинаю буквально воспитывать её.

– А как?

– Для начала не ной! Ложись спать в тот бак, утром может кто-то подберёт и возьмёт к себе! Прощай! – хочу уже уйти, как она снова меня зовёт.

– Хочу пипи.

– Что это значит? – терпению приходит конец, и я снова возвращаюсь к этой мелюзге.

– Писать, но тут мышки и я их боюсь!

– И как я могу тебе помочь?