Кухонный лифт

Комната в подвале. Вдоль задней стены — две кровати. Между ними — шахта кухонного лифта, прикрытая заслонкой. Слева — дверь, ведущая к кухне и уборной. Справа — дверь в коридор. Бен лежит на кровати слева и читает газету. Гэс сидит на кровати справа и с трудом шнурует ботинки. Оба в рубашках и в брюках на подтяжках. Молчание.

Гэс зашнуровывает ботинки, встает, зевает и медленно идет к левой двери. Останавливается, смотрит вниз и трясет ногой. Бен опускает газету и наблюдает за ним. Гэс становится на одно колено, развязывает ботинок и медленно его снимает. Заглядывает внутрь и вынимает расплющенный спичечный коробок. Встряхивает его и внимательно рассматривает. Взгляды мужчин встречаются. Бен шуршит газетой и снова принимается читать. Гэс кладет коробок в карман и наклоняется, чтобы надеть ботинок. С трудом зашнуровывает его. Бен опускает газету и наблюдает за ним. Гэс идет к левой двери, останавливается и трясет другой ногой. Становится на колени, развязывает второй ботинок и медленно его снимает. Заглядывает внутрь и вынимает расплющенную пачку сигарет. Встряхивает ее и внимательно рассматривает. Взгляды мужчин встречаются. Бен шуршит газетой и снова принимается читать. Гэс кладет пачку в карман, наклоняется, надевает и зашнуровывает ботинок. Медленно уходит в левую дверь.

Бен швыряет газету на кровать и раздраженно смотрит ему вслед. Снова берет газету и читает, лежа на спине. Молчание.

Слышно, как слева, в уборной, дважды дергают за цепочку, но вода не спускается. Молчание.

Слева появляется Гэс и останавливается в дверях, почесывая голову. Бен швыряет газету на кровать.

Бен. Ух ты!

Снова берет газету.

Надо же! Ты только послушай! (Глядя в газету.) Старик восьмидесяти семи лет хотел перейти дорогу. А было сильное движение, понимаешь? Он думал, что никак не протиснется. Поэтому подлез под грузовик.

Гэс. Что-что?

Бен. Подлез под грузовик. Под стоящий грузовик.

Гэс. Ну да!

Бен. Грузовик тронулся и задавил его.

Гэс. Иди ты!

Бен. Здесь так написано.

Гэс. С ума сойти!

Бен. Прямо с души воротит, да?

Гэс. Кто ему такое посоветовал?

Бен. Старик восьмидесяти семи лет подлез под грузовик!

Гэс. Невероятно.

Бен. Вот здесь написано — черным по белому.

Гэс. Неслыханно.

Молчание.

Гэс качает головой и выходит. Бен читает, лежа на спине. Слышно, как слева, в уборной, дергают за цепочку, но вода не спускается. Бен присвистывает, прочтя еще что-то. Возвращается Гэс.

Гэс. Я хочу тебя спросить…

Бен. Ты что там делал?

Гэс. Ну, я только…

Бен. Как насчет чая?

Гэс. Сейчас вскипячу.

Бен. Ну так давай.

Гэс. Сейчас, сейчас. (Садится на стул. Раздумчиво.) Должен сказать, на этот раз он приготовил для нас очень симпатичную посуду. Она такая… в полоску. В белую полоску.

Бен читает.

Правда, очень симпатичная.

Бен переворачивает страницу.

Полоска такая, вокруг всей чашки. По ободку. А сама чашка черная. И блюдце черное, только самая серединка, куда ставят чашку, — белая.

Бен читает.

И тарелки такие же. Только там — на тарелках — черная полоска, прямо посередине. Да, посуда мне определенно нравится.