Кто Я?

Кто я? Бог? Может дьявол? Хотя по возможностям они одинаковые, только цели разные. Первый делает нас добрыми и гармоничными, другой превращает нас в злых и жадных. Или это мы сами себя такими делаем, только переложить не на кого? Я себя не отношу ни к одному из них. Живу для себя, всего по чуть-чуть. Впрочем, как и у других людей, но с одной большой разницей: я ближе к всемогущим… Родился я в деревне под названием Сидозеро простым крестьянином в 1890 году. При рождении нарекли меня Андрейкой. На тот момент я был первым и единственным ребёнком у своих родителей отца Алексея и мамы Ульяны Волковых. Жили мы у отца моего папы, деда Захара. Бабушку я не застал, она сильно захворала и померла ещё до моего рождения. Родители вдвоём работали на семейство купцов Андреевых, которые занимались продажей всяких ленточек и украшений в Петербурге. Меня же постоянно оставляли на деда Захара. Сорванцом я был ещё тем, поэтому увидеть меня, бегущего по деревне от деда Захара с хворостиной в руках, было не редким случаем. Еды нам хватало, на огороде всего росло предостаточно. В стойле стояла своя корова, в загоне пару хрюшек, ну и как же без курочек. Двор охранял большой лохматый чёрный пёс Буян. Все животные в деревне почему-то меня боялись. Собаки переставали лаять на меня, когда я подходил к ним поближе и старались держаться от меня подальше, и лишь наш пёс Буян уважал и не боялся. Походил, виляя хвостом, и лез своим языком ко мне в лицо. Был у меня в деревне и друг, соседский мальчишка – Семён, моего возраста, весь рыжий и в конопушках. Мой пёс его, слабо говоря, недолюбливал и когда он приходил за мной, то просто ждал меня под лай пса за воротами. Жил он в большой семье: два старших брата, которые над ним постоянно издевались и перекладывали свою работу на него и три сестры. Ну, не будешь же с девчонками в их самосвязанных кукол играть? Мы вдвоём любили уходить подальше от деревни, на озеро и просто посидеть или половить на удочки рыбу. Такая простая деревенская жизнь. Впервые я обнаружил свои возможности, когда мне стукнуло восемь лет. В то утро родителей как обычно не было дома, а я не покормил куриц. За что по моей спине прошлась хворостина деда. Дед любил поваляться на печке, и пока он ходил по огороду, я решил ему отомстить. Из-под несушки достал яйцо и положил на лежанку под тряпицу, а сам вышел во двор и огляделся. Буян обошёл меня вокруг, обернув мои ноги своей верёвкой, и принялся меня лизать. Я и не заметил, как в дом зашёл дед и только по его крику понял, что месть удалась.

– Ах ты, паршивец! Ну-ка, поди сюда! – на крыльце дома появился дед с размазанным яйцом на весь бок.

Мои ноги, опутанные верёвкой, подкосились и я упал. Пёс закрыл меня от деда своим большим туловищем, но дед направился именно ко мне. На мгновение мне захотелось стать Семёном, и я зажмурился с этим желанием. Дед подошёл ко мне:

– Сёмка! Ты чего тут развалился? Моего сорванца не видел?

Я открыл глаза. Дед Захар распутывал мои ноги от верёвки Буяна.

– Нет, деда, не видел. – настороженно произнёс я не своим голосом.

Дед Захар взял свою любимую хворостину и, глядя на меня, произнёс:

– Ты, я смотрю, с Буяном подружился?

– Так сколько уже можно лаяться-то? – уже посмелее, произнёс я.

Дед улыбнулся и пошёл за ворота. Буян снова начал лезть ко мне. Я оглядел себя: одежда как у Семёна, на левой руке кривой мизинец, тоже как у него. Руки в конопушках. Я подскочил и подошёл к окну и через стекло начал разглядывать своё отражения. Я выглядел как Сёмка! Один в один! Как такое возможно? Может в меня вселились бесы? Я снова подумал про своё тело и, открыв глаза, обнаружил что я – это снова я. Такое никому нельзя говорить, а то глядишь, монахам отдадут на съедение. Секреты не вечны, если об этом знают больше одного человека, даже Семёну в дальнейшем я этого не сказал. А дед Захар в это время продолжал идти по деревне и оглядываться. Навстречу ему попался уже настоящий Семён:

– Дед Захар, Андрейка дома?

– Ты это спрашиваешь или мне говоришь? – задал встречный вопрос дед.

Семён замялся на месте, не понимая сути. А дед продолжил:

– Ты что ли улицами меня оббежал? Быстро бегаешь. Как же это тебя Буян отпустил? Пойду дальше своего сорванца искать. Увидишь Андрея, скажи, чтобы меня дома ждал. И пусть не боится, не трону. – с этими словами дед Захар откинул ветку в сторону и направился к строящейся церкви. Семён продолжал стоять на месте и переваривать сказанное.

В этот вечер и в правду дед меня не тронул. За ужином у нас завязался разговор за жизнь.