Кто мы друг другу?

— Наконец-то эта вечеринка стала подарком, который ты заслужила на день своего рождения, Лили!

Дрожа от возбуждения, Кей, соседка Лилианы, ворвалась в узкую кухню их нью-йоркской квартиры в разгар шумного веселья.

— Самый красивый мужчина, которого я, когда-либо видела, только что вошел в гостиную и спросил тебя. Помнишь, как ты мне обещала изменить свою жизнь? — Кей похотливо улыбнулась. — Поверь мне, сделать это вместе с таким красавцем будет совсем не сложно.

Чтобы освободиться от груза прошлого и начать новую жизнь, Лилиана Жирар-Брукс, поступив в колледж Барнарда, поменяла свое узнаваемое имя на Лили Бертран. Этим холодным ноябрьским вечером во время празднования своего двадцатитрехлетия она поклялась, что отныне навсегда перестанет влачить унылое, почти монашеское существование. Она не ожидала, что у нее так скоро появится возможность выполнить обещание, данное подруге.

— Наконец-то ты потеряешь невинность! — воскликнула незадолго до этого Джули, ее вторая соседка, прожевав кусок пиццы. — Добро пожаловать в двадцать первый век, подруга! — Она выбросила вверх кулак.

— Ты не должна делать то, что не хочешь, Лили, — нахмурившись, возразила Кей.

— Это также означает, что ты можешь делать все, что хочешь, — не унималась Джули.

— Полно вам спорить, девочки, — произнесла Лилиана. Она решила не говорить подругам, что впервые позволила парню ее поцеловать лишь на последнем курсе колледжа. Они и так прекрасно это знали. Иногда ей казалось, что о ее невинности знает весь Нью-Йорк. — Мне пора перестать быть гадким утенком. Заявляю, что сегодня же наконец превращусь в прекрасного лебедя!

Они рассмеялись, обнялись и включили музыку. Лилиана не была уверена в своих словах и подумала, что алкоголь придаст ей решимости. Именно поэтому она выпила намного больше вина, чем могла себе позволить девушка, выросшая в похожем на тюрьму пансионе в Швейцарии и верившая его суровой директрисе, по мнению которой вино превращало женщин в шлюх.

— Ты последняя представительница двух могущественных уважаемых родов, — произнесла мадам с таким отвращением, словно видела своими глазами, как Лилиана предавалась разврату на яхте в Женевском озере. Лилиане на тот момент было всего четырнадцать, и ее больше интересовала сольная карьера бывших участников одного распавшегося бойз-бэнда, чем вещи, о которых говорила директриса. — Страницы таблоидов пестрят фотографиями богатых пустоголовых шлюх, которых относят к так называемой золотой молодежи. Тебе решать, станешь ты одной из них или нет.

«Сладкое белое вино, — весело подумала она, сидя с подругами на их маленькой кухне. — Оно создано специально для того, чтобы превращать гадких утят в лебедей».

— Ты сейчас видишь перед собой новую, преобразившуюся до неузнаваемости Лили Бертран, — сказала она Кей с уверенностью, которую на самом деле не чувствовала. — Любой красивый мужчина будет у моих ног.

— Это точно. — Кей толкнула ее плечом в плечо. — Но для того, чтобы взять то, что принадлежит тебе по праву, тебе придется покинуть кухню.

Лилиане не хотелось покидать кухню. Она не любила шумные вечеринки и всегда чувствовала себя на них неловко. Как назло, на сегодняшний праздник Кей и Джули, похоже, пригласили всех своих друзей времен колледжа.

А у Лилианы в колледже было всего две подруги — Кей и Джули.

«Вино, — напомнила она себе, пройдя из кухни в переполненную гостиную. — Тебе поможет вино».

К счастью, чем больше она пила, тем больше расслаблялась и тем меньше думала о возможных последствиях своей клятвы. До сих пор она пила очень мало, утверждая, что алкоголь плохо на нее действует. Убедить кого-то в этой маленькой лжи было проще, чем признать, что нравоучения строгой директрисы, которую она не видела после окончания школы, прочно засели в ее голове.

«Большая часть твоих беспорядочных мыслей принадлежит вовсе не директрисе», — напомнил ей внутренний голос, но она подавила его. Последний, о ком она сейчас хочет думать, это ее невыносимый самодовольный опекун.

Очертания людей и предметов начали расплываться перед ее глазами, и она вообразила себя смелой беспечной девушкой, которой могла бы стать, если бы в двенадцать лет ее не поместили в закрытое учебное заведение со строжайшей дисциплиной. Раскрепощенной девушкой, которая смогла бы спокойно подойти к красивому мужчине и заявить, что он должен провести с ней ночь, потому что он подарок ко дню ее рождения.

Ну и что с того, что она, в отличие от своих подружек, не крутила романов с парнями ни во время учебы в колледже, ни сейчас, через пять месяцев после его окончания? Ну и что с того, что она долговязая и неуклюжая, в отличие от других богатых наследниц, которые всегда так красивы и элегантны в нарядах от-кутюр? Сейчас, находясь в комнате, полной малознакомых людей, Лилиана впервые в жизни позволила вину разрушить ее внутренние оковы и допустила мысль о том, что до сих пор у нее просто не было возможности изучить другую, менее сдержанную часть себя, в существовании которой она была уверена.