Ксанус борборщёксчи

В конце концов долгожданный гонец с флэшкой прибыл. У чертовой «Корбины» опять были проблемы на серваке, а может, шпионы провода погрызли; так или иначе, приходилось прибегать к столь несовершенному обмену информацией.

— Выслушай меня, о Цезарь, — вымолвил гонец и, не переводя дыхания, стал докладывать повелителю то, что ему было велено передать на словах. Ситуация складывалась, мягко говоря, неблагоприятная. Честно говоря, дерьмо полное. Гай Юлий Цезарь невозмутимо слушал, не отрываясь от занятий: писал, прихлебывая «Степана Разина» из трофейного кубка, и услаждал свой слух игрой волоокой рабыни на лире. — Впрочем… Ты меня, похоже, не слушаешь, Цезарь. Но вот документ, — на столе монарха оказался белый «Кингстоун» модели, уже снятой с производства. По-прежнему не поднимая на своего собеседника глаз, Цезарь воткнул накопитель в разъем. Подождав появления диалогового окна, он зачем-то нажал Ctrl+Shift+Esc.

— С чего же ты взял, что я не слушаю тебя? — спросил властелин собеседника мягко, однако буравя на этот раз его алмазными сверлами глаз.

Гонец замешкался с ответом.

— Мнение твое ошибочно, как и мнение многих людей. Но это простительно. — Цезарь позволил себе расслабиться и закурил дорогую сигару. — А все очень просто… (пых!). Это называется — многозадачная ОС. Ты меня понял?

По недоуменному выражению лица посланника даже простому крестьянину было бы видно, что тот ничего не понял.

— Пройдет не одна сотня лет, прежде чем эти слова станут ясны любому школяру. Да что тебе объяснять, чайник. Слушай, — на одно-единственное мгновение монарх напрягся, — ты что, Экслера не читал?

_*

Император Нерон терпеть не мог мобильников. Однако положение обязывает — как там говорят эти французы, ноблес оближ? Нерон поморщился от собственного акцента. Ну да черт с ними, французами. Ни минуты покоя: постоянно звонят всякие придурки и чего-то от него, Нерона, хотят. В то время когда в его голове, как и всегда, рождается ни много, ни мало — поэма, а это не хвост собачий!

Нерон стоял на берегу Тибра и созерцал неспешный ход волн. Подняв очи, император залюбовался величественными постройками города; третья строчка окончилась и уже начали появляться буквы четвертой, как вдруг зазвонил треклятый телефон. Очень цинично пройдясь по мнимым недостаткам Юпитера (причем в рифму, что было совсем несвойственно поэтам тех времен), Нерон взглянул на дисплей. Там высветился хорошо знакомый номер любовницы (или любовника? Но не будем пристрастны, для нас это не имеет никакого значения). Император нажал на кнопку и приложил мобильник к уху.

Да, сегодня боги были явно не в настроении! Вместо мило воркующего голоска наш несчастный герой услышал лишь гудки отбоя.

— А гори все синим пламенем! — заорал Нерон.

И швырнул мобилу в реку.

_*

Древний грек Архимед рисовал что-то на песке. Современный специалист, будь он способен перенестись в античные времена и взглянуть на чертеж, признал бы в нем схему примитивного процессора вроде «Целерона-333». Однако машина времени до сих пор не изобретена; таким образом, великий ученый понятия не имел о том, как выглядит так называемый современный специалист, как он одевается, что ест, и в каких клубняках тусуется. Архимеду все это было по барабану.

Он знал, что идет война, но был выше этой суеты. Его занимали две проблемы: как сделать процессор из меди, или на худой конец, из дерева, и чем его запитать. Батареек «Космос» тогда еще не было, что уж говорить о выпрямителях и ибэпэшниках.

В этих раздумьях он пребывал уже не первый час, когда внезапно на половину чертежа упала тень злобного чувака с мечом и в кирасе, разрезав гениальный замысел надвое. Блин, подумал Архимед, весь кайф сломали эти душные римляне.

Римский воин, не вдаваясь в рефлексию, глубоко воткнул меч в тело греческого ученого. «О боги! — возопил мысленно Архимед. — До чего ж херово быть греком, особенно древним!»

Это была его последняя мысль. А у древнего римлянина не было никаких мыслей. Он не знал, что древний.

_*

Когда жадный эмир ввел чудовищный налог на интернет, Ходжа Насреддин нисколько не опечалился: ведь помимо форумов с чатами оставались еще и базары.

_*

Как-то раз Ходжа Насреддин ехал на своем ослике. Была ли эта местность пустынной или оживленной, не важно для нашего рассказа; суть в том, что повстречался ему странник, путешествующий, так же, как и он, на сером четвероногом животном. Путник прикинулся богато, чалма его была явно белее и роскошнее чалмы Ходжи Насреддина, халат расшит бисером, да и осел смотрелся холенее.

«I-A!» — приветственно заревел ишак Насреддина.

«I-E!» — ответил ишак незнакомого странника.

«Вот осел! — подумал Ходжа Насреддин. — Но сразу видно, иностранец!»

_*

Однажды Клеопатре сказали: не путайся ты с этим Антонием, выйдет лажа. Более того: спустя несколько веков найдется один англичанин (это они сейчас бегают по лесам без штанов, а потом будет у них цивилизация, значит), так он про тебя такое понапишет… Уходи-ка ты лучше в монастырь.