Крымская лихорадка

Они сидели в кафе гостиницы “Ялта” и отмечали первую в своей молодой жизни серьезную неприятность. Максим Брагин пил водку и курил одну сигарету за другой. Женька Зуев тянул пиво и угрюмо жевал воблу. Официант едва успевал менять пепельницу и тарелку для объедков.

Было еще не поздно, около восьми вечера. Но над городом уже нависали сумерки, а на судах зажигались огни. Вид на рейд выворачивал парням душу. Не бороздить им теперь моря и океаны. Не побывать в других странах. Всем мечтам хана.

Ритка Журавская насмешливо рассматривала своих чижиков. Про себя она иначе их не называла, умудряясь спать поочередно то с одним, то с другим.

– Ну и долго еще будем киснуть?

– Мы тебя не держим, – равнодушно бросил Женька. Сегодня была не его ночь.

Ритка перевела взгляд на Брагина.

– Макс, мне что, одной ехать?

– Как знаешь, – буркнул Брагин.

Ритка нервно закурила и обиженно закусила губу. Ехать до Симферополя на троллейбусе ей никак не улыбалось.

Максим сказал приятелю:

– Ладно, Пискля, это еще не конец света. И вообще, все, что ни делается – к лучшему.

Женька кинул в тарелку недоеденную воблу. Любит же этот Брага называть его школьным прозвищем.

– Мне отчисление – по барабану. Я вообще хочу летать, а не плавать.

Брагин фыркнул:

– Ритка, ты слышала? Пискля хочет летать. На чем ты хочешь летать, Пискля? На ковре-самолете?

– На вертолете, – выдавил из себя Зуев и процедил со злостью. – Кончай называть меня Пискля! Или я буду звать тебя Брагой.

Брагин пьяно икнул:

– Зови. Я не обидчивый. А вот я, Пискля, хочу ездить в своих “жигулях”. Хочешь, у нас будет машина? Прямо сейчас? Хочешь?

– Точно! – обрадованно воскликнула Ритка. – Давайте возьмем левака.

Зуев с готовностью поднялся. Ему давно хотелось свалить отсюда.

У входа в ресторан стояли “жигули”. За рулем сидел молодой мужик. На груди спортивный значок с перчатками – эмблемой бокса. В глазах – тоска и злость. Брагин открыл дверцу:

– Ну, что, мастер спорта, поехали?

Инженер-электронщик Лавров всего неделю назад купил “копейку”, влез на этой почве в дикие долги и теперь подрабатывал на извозе. Вид клиентов ему не очень понравился. “Надрались, молокососы. Небось, и денег-то нет”.

– Куда вам?

– До Симферополя, – сказала Ритка.

– Деньги есть?

Ритка открыла сумочку и предъявила кошелек. Лавров высокомерным кивком головы разрешил сесть.

Горная дорога освещалась плохо. Но бомбила знал каждый метр ялтинского серпантина. Гнал на крутых поворотах под 100 километров. Ритка вжалась в переднее сидение и повизгивала от страха. Брагина и Зуева эта бешеная езда тоже раздражала, но они сидели молча, сцепив зубы.

Лавров гнал не по лихости, а по психологическим соображениям. Мало ли что на уме у этой троицы. Если что-то нехорошее, то трижды подумают. Одно неловкое движение руля – и машина в пропасти.

Бомбила все рассчитал правильно. Только не учел, что один из клиентов выпил много пива, а другой хлестал водку, не закусывая, и когда пьянел, то зверел.

– Остановись, отлить надо, – сказал Зуев.

– В Симферополе отольешь, – отозвался Лавров.

– Боишься, что ли? – спросил Брагин.

Лавров промолчал.

– Если боишься, бросай бомбить. А не боишься, останови. Или я тебе на пол налью, – пригрозил Зуев.

– Валяй, – сказал Лавров.

– Ну, ты козел! – взорвался Брагин.

– Приедем, разберемся, кто козел, – сказал себе под нос Лавров.

“Жигули” пошли на крутой спуск, впереди была “ловушка” – дорога с подъемом, проложенная на всякий случай для машины, у которой отказали тормоза. Сидевший позади водителя Брагин воспользовался моментом и обхватил Лаврова за шею обеими руками. Машина влетела в “ловушку” и остановилась.

– Зачем далеко ехать? Здесь разберемся, кто из нас козел, – злорадно цедил Брагин, сдавливая шею водителя.

Но Лавров резким движением освободился от хватки и выскочил из машины.

Светила полная луна.

Зуеву было не до разборки. Выйдя из “жигулей”, он торопливо расстегивал ширинку. Брагин сидел в машине, выбирая, в какую дверцу выйти, чтобы сходу не попасть под кулаки мастера спорта.

Чтобы сократить число врагов до минимума, Лавров подошел к Зуеву и отправил его в нокдаун одним ударом. Потом бросился к машине, чтобы вытащить из нее другого клиента. Но Брагин был наготове. Он толкнул обеими ногами полуоткрытую дверцу. Лавров упал и схватился за лодыжки. Зуев очухался и пнул его в голову. Брагин вылез из машины и добавил. Они футболили Лаврова, пока их не остановила Ритка.

– Хватит, убьете!

Брагин сел на валун и трясущимися руками раскурил сигарету. Зуев снова мочился.

– Ну, вот тебе и “жигули”, – сказал ему Брагин.

– Эй! – воскликнула Ритка.

Это Лавров зашевелился и начал вставать.

Зуев подскочил и ударил его ногой в подбородок.

– Ну, козлы, вы ответите, – прошамкал Лавров разбитым ртом.

Брагин отбросил сигарету, и ударил его ногой в висок. Лавров затих.

Ритка подошла, хотела разглядеть лицо бомбилы. Но было слишком темно.

– Посветите, – сказала она.

Брагин включил фары.

– Он смотрит на меня, – завопила Ритка.