Крылья Эжена (СИ)

***********************************************************************************************

Крылья Эжена

http://ficbook.net/readfic/3058625

***********************************************************************************************

Автор:саша соболь

Беты (редакторы): knigofilka

Фэндом: Ориджиналы

Персонажи: Эжен и те, кого он полюбил

Рейтинг: NC-17

Жанры: Гет, Слэш (яой), Романтика, Драма, Фэнтези

Предупреждения: Насилие, Underage

Размер: планируетсяМиди, написано 45 страниц

Кол-во частей: 8

Статус: в процессе

Описание:

Завораживающая иллюзия рассеялась. Воздух ударил в нос запахом вчерашнего неумеренного пьянства. А рядом, как большая самка касатки, мирно посапывала девушка. Они заснули в одной постели, впрочем, как обычно, на их ночь желающих не нашлось. Эжени, как мама-медведица, приютила на себе легковесное дитя. Причем не только в прямом смысле легковесное, — паренек слыл юрким прилипалой, но похвастаться близостью с ним могли только два человека на земле. Раньше их было больше…

Посвящение:

Изредко посещающей меня скуке

Публикация на других ресурсах:

Запрещаю;)не стоит даже пробовать

Примечания автора:

Работа не закончена, будет правиться и вычитываться. Комментарии читаю, отвечать пока не готов.

Бета правит и делает это хорошо, поэтому если уж что-то вопиющее то милости прошу в личку или в комментарии. По стилю не общаюсь и ничего не меняю. Это моя территория, что хочу, то и ворочу.

В ближайшее время обещаю три главы. Не больше.

========== Эжен и Эжени ==========

Комментарий к Эжен и Эжени

Отредактирую остальные части в ближайшие пару дней. Спасибо тем, кто читал эту работу на дайри.

Терпение и время дают больше, чем сила или страсть.

Сон накатил волной, мягкой, упругой, не сшибающей с ног, а зовущей за собой в глубину. Он раскачивался на волнах под полуденным солнцем, широко раскидывая руки в стороны. Море было спокойным. Оно баюкало мальчика на своей спинке, как маленького шаловливого дельфиненка, утомленного утренними играми и погонями за мамой, которая уплыла подальше за скалы, в тень. Иногда она подавала ему знак: “Обгоришь, плыви ко мне”.

Но недавний шалунишка почувствовал себя совсем взрослым. Они охотились на косяк, и он поймал свою большую рыбу.

Так и мальчик — нежился, посматривал сонным глазом на заботливую матушку и лишь изредка переворачивался и подставлял то бочок, то спинку под дневное бешеное светило. Близилось время обеда, и чуткое ухо стало улавливать шевеление под собой. Возня и всхлипы сменялись бурлением и смачным почавкиванием. Видно и морская вода почувствовала дневную жажду и попыталась сбросить его на берег. Причем на все его попытки сопротивляться, она отвечала храпом и громким сопением.

Большое, теплое, морское чудовище подхватило его к себе на спину и мягко въехало на песчаный берег с очередной волной. Но слезать совсем не хотелось, и тогда животное перевернулось в накатившей воде и освободилось от легкой ноши. Он остался один. Без тени сожаления потянулся, широко и радостно улыбаясь миру. И при попытке подняться был сбит с ног.

Завораживающая иллюзия рассеялась. Воздух ударил в нос запахом вчерашнего неумеренного пьянства. А рядом, как большая самка касатки, мирно посапывала девушка. Они заснули в одной постели, впрочем, как обычно, на их ночь желающих не нашлось. Эжени, как мама-медведица, приютила на себе легковесное дитя. Причем не только в прямом смысле легковесное, — паренек слыл юрким прилипалой, но похвастаться близостью с ним могли только два человека на земле. Раньше их было больше… Гораздо больше. Мальчик слыл веселым карапузом с легким нравом. Он обрастал друзьями, как причал ракушками. Где бы ни появился, чем бы ни занимался — за ним следовала ватага ребят. Дети соседей — маленькие дворянчики и местные принцесски, дворовые ребятишки (их тоже с радостью принимали в шалости).

Все было не так, и все было давно. Словно тысячелетия выморозили в нем мягкость и счастье, заменили сердце осколком взорвавшегося от остатков воздуха пушечного чугуна — процесс пошел не так, с нарушением инструкций и дозировок. Кто-то, слишком нежадный, отмерил ему целую чашу раскаленного свинца. Тугой металл не сжег все дотла, а закупорил сосуды, и лишь в самой глубине теплилась остывающая темная жидкость — так глубоко забилась его жизнь, его кровь. Но сердце захлебнулось на вдохе, захлопнуло оплавленные металлом клапаны и запретило себе вспоминать и верить. Так было легче, и так было разумнее.