Крутой сюжет 1995, № 4

Был солнечный летний день, когда Макс вернулся домой, открыл вентиль газовой плиты и сунул голову в духовку. Скорбный путь неудачника начался после окончания медицинского училища, когда его забрали в армию, где он, несмотря на все старания, попал не в санчасть, а в боевую роту. После армии полоса неудач стала непрерывной: дико и страшно погибли в автокатастрофе родители; сестра, разменяв квартиру, продала свою жилплощадь и уехала с мужем в Москву, где, похоже, вообще забыла о младшем брате. Макс тщетно устраивался на работу, но все попытки найти подходящее дело терпели фиаско. Наконец, Макс принял окончательное решение — умереть.

Все равно он никому не нужен…

Переполнившись жалостью к своей многострадальной особе, Макс зарыдал. Затем подавился газом и его вырвало.

Нет, это плохая смерть.

Он выключил газ и открыл окно. Проклятье, даже нормально умереть не получается!

Через час, окончательно придя в себя, Макс решил пообедать. В хлебнице оставалось еще пол-батона, было жалко, что он может пропасть зря. Постелив газету, Макс нарезал булку и стал медленно пережевывать, мельком проглядывая многочисленные объявления.

«Продаются щенки карликового пуделя».

«Срочный ремонт радиоаппаратуры».

«Самые низкие цены в Санкт-Петербурге!»

«Требуется сиделка для ухода за больным».

«Продаю доски, шифер, кафельную плитку».

СТОП!

Макс встрепенулся, провел пальцем по колонке объявлений. «Требуется сиделка для ухода за больным». В конце концов, он мог сойти за фельдшера или медбрата. Жизнь оборачивалась новой, привлекательной стороной. Макс придвинул телефон и набрал номер.

— Здравствуйте, — сказал он, когда в трубке раздалось «Алле». — Вы давали объявление по уходу за больным?

— Здравствуйте, — сказала Майя. — Я вам звонила.

— Здравствуйте, — холодно и осторожно поздоровался молодой человек лет 25, окидывая ее оценивающим взглядом. — Проходите. Раздевайтесь вот тут.

Майя скинула плащ, туфельки и робко проследовала по Коридору, сопровождаемая своим странным спутником. Парень шел бесшумно, постреливая по сторонам глазками, ноздри у него раздувались хищно, как у вампира.

В комнате, уставленной старинной мебелью, восседала дородная матрона лет 50. Ее огромное тело занимало большую часть дивана, мягкого, старинного, украшенного завитушками из красного дерева.

— Здравствуйте, — снова робко произнесла Майя.

— Здравствуйте, милочка, — холодно, но ехидно поздоровалась женщина. — Значит, будешь работать у нас. Владик, поприсутствуй.

Парень беззвучно опустился в кресло.

— Объясняю условия работы, — сказала дама. — Вы будете находиться здесь двенадцать часов подряд. В ваши обязанности входит сидеть рядом с папой. Когда он начинает говорить, вы должны включать магнитофон, а также записывать в блокнот каждое его слово. В остальном — обыкновенный уход. Кормить, менять простыни будем мы сами. Вы умеете делать массаж?

— Да, конечно, — сказала Майя, — классический, точечный, у меня даже диплом массажиста есть.

— Оставь его себе, милочка, — оборвала женщина. — Умеешь — хорошо. Будешь делать массаж один раз, вечером. Платить будем пятьдесят долларов в месяц.

— Я согласна, — поспешно сказала Майя.

— Хорошо, — женщина поднялась. — Теперь пойдем посмотрим папу.

Они прошли в гостиную и оказались в небольшом полутемном кабинете. Когда открыли дверь, в нос ударил запах спертого воздух, мочи и пота. Сидевший у изголовья человек отложил книгу и встал.

— Все в порядке, Надежда Викторовна, — сказал он. — Ничего не говорил, пульс нормальный, дыхание ровное.

— Хорошо, — ответила матрона, подозрительно оглядываясь. — Вы тут не курили?

— Ну что вы, — человек бледно улыбнулся. — Я ведь не курю.

— Ну ладно, ладно, — удовлетворенно сказала женщина. — Вот эта девочка будет вас подменять на ночь. Ознакомьте ее со всем.

Надежда Викторовна вышла и закрыла за собой дверь.

— Здравствуйте, — сказал человек. — Меня зовут Максим. Можете просто Макс.

— А меня Майя. Давайте уж сразу на «ты», — глаза успели привыкнуть к полумраку и Майя разглядела своего собеседника. Она ошиблась, приписав ему сначала лет 30. Это был обыкновенный парень, лет двадцати с небольшим, разве что лицо у него уставшее. В такой атмосфере это неудивительно.

Майя быстро привыкла к своей новой работе. Дело было в следующем. Отец — тот самый летаргический старик, около которого она проводила время с 20 до 8 часов, работал раньше главным инженером воинской части где-то в Крыму. Семья жила с ним там, а в Ленинграде была фиктивно прописана теща, которая немедленно съехала, когда у отца случился инсульт и его перевезли в Питер.

Кроме жены — дородной матроны — в квартире проживали его дети: сын Владислав и дочь Жанна. Владик работал бухгалтером в коммерческой фирме и был явным параноиком. Жанна училась в институте Герцена, готовясь стать преподавателем литературы и русского языка.