Крутой поворот

– Мелани, вы стоите у окна все утро. Вы наверняка устали, присядьте.

Мелани была напряжена, глаза болели от усталости, даже ее черные как смоль волосы, казалось, потускнели.

– Не могу я сидеть на месте, пока Джек не вернется.

– Он может задержаться…

– Мне все равно. – Мелани ни на секунду не отрывала взгляда от кованых ворот в начале подъездной дороги. – Я подожду, он обещал за мной прийти, значит, придет.

Медсестра попыталась воззвать к ее здравому смыслу.

– Но мы пока еще не смогли с ним связаться, на это нужно время, а вы еще слишком слабы после болезни. Вам нужно прилечь.

Мелани не ответила и вцепилась в край тяжелой парчовой портьеры. Она чувствовала слабость в ногах и усталость во всем теле, но желание дождаться Джека придавало ей сил. Он обязательно за ней придет, Джек всегда держит слово.

– Мелани, вы долго болели, вам необходимо отдохнуть и набраться сил, – не унималась медсестра. – Если не хотите прилечь, по крайней мере, сядьте и съешьте ланч.

– Я не проголодалась.

Мелани раздражало, что медсестра обращается с ней, как с несмышленым ребенком, в то время как она взрослый человек и сама в состоянии решить, когда ей сидеть, когда ложиться и когда есть. Но ей упорно не дают возможности проявить самостоятельность. Взять, к примеру, приезд в этот дом. Мало того что она провела много времени в больнице, где ее раздражали безжизненно белые стены и потолки, блестящие полы, запах антисептиков, так теперь ее перевезли в этот огромный дом, похожий на мавзолей. Комнаты, обставленные старинной мебелью, куда больше подходили для торжественных приемов, чем для повседневной жизни. Еще одна причуда Андре, подумала Мелани, одна из многих, впрочем, он может себе это позволить, денег у него больше чем достаточно. Он богач. Не то что Джек.

Мелани смяла в кулаке край шелковой портьеры.

– Значит, Андре все-таки позвонил Джеку?

Медсестра положила папку на стол.

– Не знаю, мистер Эплтон не обсуждал со мной этот вопрос. – Она тронула Мелани за плечо. – Может, закончим одеваться? Ваш брат скоро придет, вы же не хотите встретить его в ночной рубашке?

– Я вообще не хочу его видеть!

– Вчера вы тоже не захотели с ним встретиться.

Мелани раздражало, что с ней разговаривают, как с маленькой девочкой – или с идиоткой. Она отвернулась от окна и с воинственным видом скрестила руки на груди.

– А вам какое дело? Что вы вообще здесь делаете? Я отлично себя чувствую, мне не нужна сиделка, и я терпеть не могу, когда вокруг меня суетятся.

– Извините. Я здесь потому, что так распорядился ваш брат.

– Вот вам и ответ на вопрос, почему я не хочу его видеть, – с горечью сказала Мелани.

Она отошла в угол комнаты, где стояло глубокое низкое кресло и села.

Андре, Андре, кругом он. Если Андре говорит «ап!», все должны прыгать. Но Андре ничего не знает. У Мелани выступили слезы, она зажмурилась и, опустив голову, закрыла лицо руками. Она была в полном смятении, мысли путались до такой степени, что, казалось, даже жужжали в голове, как пчелы.

– Ты не одета.

Услышав мужской голос, Мелани вздрогнула. Приехал. Она нехотя подняла голову и посмотрел на брата. На Андре был темно-серый костюм и рубашка на тон светлее, он был без галстука, но это не мешало ему выглядеть одновременно и светским львом, и преуспевающим бизнесменом.

– Не знала, что я должна одеваться к твоему приходу.

Андре Эплтон выразительно посмотрел на медсестру, и та бесшумно удалилась. Он дождался, пока за ней закроется дверь, и только потом заговорил снова:

– В чем дело, Мелани? В последнее время ты на всех бросаешься.

Она стиснула кулаки.

– Мне нужен Джек.

Андре покачал головой и строго сказал:

– Поверь, Мелани, он тебе совсем не нужен, он не…

– Ошибаешься! – Она стукнула кулаком по мягкому подлокотнику. – Я его люблю, я по нему скучаю, я его…

Она не договорила и в досаде вздохнула. Андре ничего не понимает! Он не знает, что значит любить кого-то и быть с ним разлученной.

– Мелани, ты от него ушла. – Голос Андре прозвучал как-то безжизненно. – Это было твое решение, ты сама поняла, что у вас нет ничего общего.

– Замолчи! – От слов Андре Мелани пробил озноб, ей даже захотелось взять с кровати покрывало и закутаться в него. – Ты лжешь. Ты нарочно пытаешься сбить меня с толку, но на этот раз у тебя ничего не выйдет. Я знаю правду, Джек меня любит.

– Мел, дело не в этом!

– Именно в этом!

Мелани почувствовала, что у нее стучат зубы. Пытаясь согреться, она обхватила руками плечи, но это мало помогло, ее дрожь была вызвана не столько холодом, сколько безотчетным, необъяснимым страхом. Она попыталась заглушить противный голосок, нашептывавший, что Джек не придет за ней. Он вернется, должен вернуться, ведь он ее любит, он не бросит ее с Андре… или бросит?

– Ты замерзла.

Андре подошел к кровати, взял теплый плед и набросил на плечи Мелани. Склонившись над сестрой, он потрогал ее лоб.

– Да ты просто ледяная. Тебе нужно поберечь себя и больше отдыхать.

– Не хочу я отдыхать!