Кровный долг

Здравствуйте и добро пожаловать в первую книгу из серии «Кровная мафия». Эта книга довольно специфическая. В ней есть темные темы, которые могут расстроить некоторых читателей.

Надеюсь, тебе понравится наша главная героиня с ножом.

У Деми есть нож с твоим именем;).

Всем людям, которые хотели бы заpeзать кого-то ножом за то, что он глупый (или мудак), но не делают этого, потому что не хотят сидеть в тюрьме. Это для тебя, жестоко-прекрасный человек.

Деми

— Привет? — я ставлю еду на островок и заглядываю в гостиную. Там никого, но я слышу музыку Кевина, играющую из спальни. Уголки моего рта опускаются, когда я слышу музыку, которую мы используем, чтобы создать настроение.

Кто-то шлепает обезьянку.[1]

]Ведя пальцем по кремовой стене, я направляюсь в его спальню. Дверь закрыта. Это совсем не странно, но я начинаю испытывать ощущение тошноты в животе.

Такое случается, когда знаешь, что вот-вот произойдет что-то ужасное. Как в пятом классе, когда я решила надеть белые брюки после Дня труда. Когда я закончила их застегивать, у меня возникло ужасное чувство, но я проигнорировала его. Позже тем утром у меня начались месячные, и я не заметила этого, пока гигантское красное пятно не покрыло мою задницу.

То, что оседает у меня в животе, сейчас кажется похожим, только в тысячу раз хуже, потому что я слышу, как дурацкое деревянное изголовье кровати бьется о стену.

Невозможно, чтобы мастурбация производила такой шум.

Я резко распахиваю дверь, так что она врезается в стену. Из-за музыки и бьющейся кровати Кевин меня не заметил. Зато она заметила, и эта тупая чертова пикси смотрит прямо на меня с самодовольной улыбкой. Ее розово-фиолетовые волосы — которые кстати, смотрятся на ней потрясающе — прилипли ко лбу и запутались сзади.

Мои черные простыни, мои простыни смяты и задраны с одной стороны, обнажая матрас под ними. Они усердно занимались этим. Ее кожа имеет оттенок розового, и если бы она не трахалась с моим парнем, я бы, вероятно влюбилась в нее.

Я такая тупица. Пикси входят в тройку моих любимых фейри-существ. Они как известно вспыльчивые, невысокие, миниатюрные, и их любят все мужчины. Судя по всему, у Кевина нет иммунитета к ее обаянию, потому что он здесь вышибает ей мозги.

Я еще ничего не сказала. Я имею в виду, что он никогда не был со мной таким. Он врезается в нее жестко и грубо. Кровать стонет и скрипит, угрожая сломаться. С ней он не сдерживает свою силу оборотня.

Что бы он ни делал, кажется, это действует, поскольку ее глаза закатываются обратно в голову. Она испускает протяжный стон, и он кончает вслед за ней. Я знаю, потому что он делает это странное покачивание, как всегда, хотя сейчас оно происходит с большей силой, чем я привыкла.

— Что ж, извините меня, но какого черта вы делаете? — говорю я, наконец обретя голос.

По крайней мере, я дала ему закончить. Я отпихиваю его боксеры и стою возле кровати, глядя на фейри и оборотня. Наверное, это не самое разумное, что может сделать человек.

— Черт, Деми. — Кевин взвизгивает. Да, он действительно визжит, вырываясь из рук своего завоевания и слезая с кровати. Я беру одну из его футболок с группой, которые он никогда не кладет в корзину, и швыряю ему в голову.

— Оденься, мать твою. — кричу я ему.

Пикси смеется и садится, выставляя напоказ свое идеальное тело. Ее сиськи идеальны и упруги. Фейская сука.

— Это твоя девушка? — она звучит так разочарованно.

Я насмехаюсь над ней.

— Не подталкивай меня, блять, короткая остановка.

— Успокойся, Деми.

Пикси хихикает, услышав слова Кевина.

Красный цвет затуманивает мои глаза.

Я спихиваю пикси на пол и переворачиваюсь по кровати так, что удивляюсь даже сама себе. Резко откидываю кулак назад и бью своего бывшего парня прямо в морду. Его голова откидывается в сторону, к моему удовольствию. Годы тренировок по смешанным единоборствам дали мне достаточно силы, чтобы он ощутил ее. Может, он и не корчится от боли, но он ее чувствует.

Когда его взгляд встречается с моим, он пылает янтарным светом; его волк близок к выходу на поверхность.

— О, брось это, Кевин. Хватай свое дерьмо и вали к черту из моей квартиры.

— Деми, да ладно. — говорит он, как будто то, что он трахается с кем-то еще — и при этом с фейри, — не является автоматическим поводом для расставания.

— Забирай. Свое. Дерьмо. — я выдавливаю из себя слова. Мои кулаки сжаты, и я борюсь с желанием ударить его еще раз. Возможно, однажды мне это сошло с рук, но его волк обязательно проявится, если я ударю его еще раз.

Вся эта динамика власти между сверхъестественными существами и людьми несправедлива. Независимо от того, насколько мы умны или насколько развиты наши технологии, они всегда будут сильнее.

Глупая генетическая мутация.

— Люди такие эмоциональные. — говорит пикси.