Кровь с молоком

Писанину с меня стребовало подсознание (из-за избытка прочитаного фэнтези), оно уводит меня по ложным дорожкам вдохновения далеко-далеко от собственных писанин. Впервые я сдалась и села писать то, что ему хочется. Вышла жесть про жиСТЬ (я и сама, поверьте, не рада. Роль сказочницы мне нравиться больше).

В конце каждой главы — виновники торжества, они же вдохновители и источники идей, но я очень старалась не плагиатить, поэтому будет очень тяжело найти схожие моменты (но возможно).

Название глав придумала не сама — все высказывания из интернета.

Обнаженная девушка лежала на покрывале посреди лесной полянки в объятьях любимого и лениво рассматривала облачка на небе.

— Бирт? — нежно прошептала она. — Мы ведь теперь всегда-всегда будем вместе?

— Конечно, — охотно согласился парень.

— И в горе и в радости, — мечтательно сказала она. — Домик построим, козу заведем… Или даже корову! Курочек…

— Угу, — опять поддакнул молодой человек, лаская гладкую девичью кожу.

— Вот увидишь, заживем не хуже старосты, дай только срок! — воспаряла духом девушка. — Ты не думай, что только в столице жить хорошо. Вон у нас какие поля да луга! А в реке рыбы не счесть! И люди все хорошие! Совестливые!

— Ну-да, — сказал он отрешенно. — Лучше иди-ка сюда!

— Что? — радостно удивилась девушка.

— Да больно хорошие у вас в Боржичах люди! А девушки — глаз не отвести! — и с этими словами парень склонился над юной прелестницей для поцелуя.

Домой Мила возвращалась в приподнятом настроении. Еще бы! Будущее рисовалось ей в радужных тонах. Совсем скоро она выйдет замуж за красивого молодого человека из самой столицы! Будет самой уважаемой барышней в Боржичах, после старосты и его семьи, конечно. И забудет, наконец, сочувствующие взгляды односельчан. Никто впредь не назовет ее "бедненькой сиротой", не придется выслушивать вечные упреки отчима и терпеть тяжелую руку мачехи. Постеснялись бы! Живут же в доме папеньки с маменькой, а такое чувство, что на своем горбу все заработали. Небось и не выгоняют только чтобы избежать пересудов в деревне. А ты бегай меж их малолетних деток! Каши им вари да пеленки стирай. Мачеха уж слишком нежна барышня для сего грязного дела. Одно на уме — новых деток рожать. Уж опять с пузом ходит…

Мила остановила поток злых мыслей. В конце концов, какие бы они ни были, они — все, что у нее осталось. Не гоже так о родных людях думать. Она даже побила себя ладошкой по губам. А ей-то, молодой девке, что тяжко за малышней присмотреть? Да радость одна! Только вот своих больно охота. И домика своего. И мужа. И курочек… Ну, ничего! Не пройдет и луны, как они с Биртом принесут клятву перед алтарем Богини.

На этой веселой мысли девушка вприпрыжку побежала домой.

Молодняк всегда встречал старшую сестру визгом. Босые бежали навстречу и обнимали юбку, кто радуясь ее приходу, а кто жалуясь на мелкие невзгоды.

Мачеха появилась в дверях, уперев руки в бока:

— И где это мы были? Опять гуляла? А ужин-то не сготовлен! Дети не мыты, не чесаны, а мы прохлаждаемся! Последним теплым денькам ненарадуемся!

— Простите, — только и ответила Мила и прошмыгнула мимо женщины, надеясь, что обойдется без побоев. Сегодня же такой хороший день! Не хотелось портить его дурными воспоминаниями.

— Смотри мне! Меньше будешь шастать, целее будешь, — загадочно сказала женщина и направилась в опочивальню.

Мила озадачено посмотрела ей вслед, а потом пожала плечами. Да что она о ней знает! И них с Биртом любовь! Такая, о которой легенды сочиняют и песни поют! Самая что ни есть настоящая! Ну, ничего! Недолго осталось держать родных в неведении. Совсем скоро она превратиться из тайной невесты в законную жену.

Но прошла одна луна, а затем другая, но возвращения к тому разговору не было. Даже их тайные встречи становились все реже и реже. Мила никак не могла понять, почему жених к ней холоден и почему не ищет с ней встреч, так как раньше. Все дольше и больше рос в ее груди ком подозрения, а последней каплей стала ссора с отчимом, который по пьянее решил показать девушке, где ее место.

— Ты что-то в последнее время больно распоясалась, девка! Жена говорит, что не слушаешь ее, витаешь где-то…

— Дело надо делать, а не лясы точить, — в сердцах ответила Мила.

— Ах вот как мы заговорили, — разбушевался отчим и опрокинул ни в чем не повинный стул. — Ты забыла в чьем доме живешь и чей хлеб точишь?

Тут Мила поняла, что и правда сболтнула лишнего. Ой, несдобровать ей теперь.

— Думаешь, выросла, косу отрастила, так теперь смелая стала! — тут крупный боров, подскочил к ней и обхватил за талию, крепко прижав к отращенному пузу.