Кризис психоанализа

Печатается с разрешения The Estate of Erich Fromm and of Annis Fromm и литературного агентства Liepman AG, Literary Agency.

© Erich Fromm, 1970

© Перевод. А. Александрова, 2017

© Перевод. Е. Руднева, 2017

© Издание на русском языке AST Publishers, 2017

Это собрание эссе, написанных в разное время между 1932 и 1969 гг., объединяет общая тема взаимосвязи между психологическими и социальными факторами. Решение опубликовать и ранние статьи, изначально изданные на немецком языке, было принято в связи с тем, что они все еще представляют собой самое полное и адекватное изложение теоретического базиса, на котором основаны мои позднейшие работы по этой тематике. Мне представляется, что они особенно своевременны сегодня, когда данный предмет (особенно связь между теориями Маркса и Фрейда) вызывает горячие дискуссии – дискуссии, которые, боюсь, носят иногда непрофессиональный и путаный характер. Я немногое изменил бы в тех ранних работах, за исключением того, что сегодня я не написал бы их в терминах фрейдовской теории либидо; однако это едва ли имеет большое значение, поскольку общее направление мысли сохраняется. Я преодолел искушение сделать какие-либо изменения в содержании этих статей, но указал на расхождения между тем, что в них говорилось, и моими современными взглядами в примечаниях; единственные изменения, которые я внес, заключаются в сокращении тех их частей, которые представляются излишне длинными или касаются мелких моментов, не представляющих сегодня интереса.

Обширное эссе, которым открывается книга, «Кризис психоанализа», так же как «Значимость теории материнского права сегодня» и «Эпилог», были написаны специально для этого тома. Касаясь в первую очередь психоаналитической теории и терапии, «Кризис психоанализа» содержит попытку проанализировать социальные детерминанты развития психоанализа, как это делается и во второй главе в отношении фрейдовской модели человека.

Главы различаются между собой и потому, что были написаны по разным поводам. По этой причине меняется не только их стиль; в определенной мере они повторяют друг друга. Этого можно было бы избежать, только урезав их, что привело бы к разрушению индивидуального характера каждой статьи. Надеюсь, читатель примирится с этим, в особенности потому, что иногда даже повторяющиеся утверждения не идентичны, а в одном случае выражают идеи более полно, чем в другом, так что они могут даже прояснять друг друга.

«Кризис психоанализа» содержит некоторые идеи, которые я более полно развиваю в обширном и пока еще не опубликованном исследовании, которое предположительно будет называться «Гуманистический психоанализ», отчасти поддержанном исследовательским грантом 5 ROIMH 1314402 Национального института психического здоровья Службы здравоохранения США.

Хочу выразить горячую благодарность мистеру Джозефу Каннину из издательства «Холт, Райнхарт и Уинстон», оказавшему мне огромную помощь и проявившему глубокое понимание при редактировании рукописи, и доктору Джерому Брамсу за его помощь при обсуждении Эго-психологии.

Современный психоанализ переживает кризис, который при поверхностном взгляде проявляется в определенном уменьшении числа студентов, стремящихся к подготовке в психоаналитических институтах, а также в числе пациентов, обращающихся за помощью к психоаналитикам. В последние годы появились конкурирующие виды терапии, обещающие лучшие результаты лечения и требующие гораздо меньших затрат времени, а отсюда, конечно, и денег. Психоанализу, в котором десять лет назад городской средний класс видел избавление от своих психологических проблем, теперь приходится защищаться от конкурентов-психотерапевтов и от потери своей терапевтической монополии.

Чтобы оценить этот кризис, полезно рассмотреть историю психоаналитической терапии. Более половины столетия назад психоанализ открыл новую область – экономически говоря, новый рынок. До того человек должен был быть безумным или страдать от болезненных и ограничивающих социальные возможности симптомов, чтобы считаться достойным помощи психиатра. Менее выраженные психические проблемы считались относящимися к сфере деятельности священника или семейного врача; в большинстве случаев от человека ожидалось, что он справится с ними сам или будет молча страдать.