Кричи громче

– Давайте с самого начала. И как можно подробнее, – майор прищуривается и поджимает губы, пока те не исчезают за густыми седыми усами. – Когда вы заметили, что ваши дети пропали?

Мы с Градским практически одновременно яростно выдыхаем и напряженно пересекаемся взглядами. Его сын и моя дочь пропали три дня назад, а воз, сука, и ныне там. Только показания по десятому кругу даем.

Ева, моя жена, с выдержанной сухостью повторяет то, что говорила вчера:

– Маша и Ярик исчезли в ночь с первого на второй день свадьбы. Мы собирались ехать в церковь на венчание. Уже подходило время выезжать, а дочь все не появлялась. Я подумала, что она проспала. Поэтому пошла к ней в комнату, чтобы разбудить.

– Вы вошли, но Марии в спальне не оказалось?

– Да.

– Раньше бывало, что она так пропадала?

– Нет.

– Могла не ночевать дома?

– Всегда ночевала. Иногда приходила поздно, но я никогда не беспокоилась, потому как знала, что она приедет с Яриком.

– Сейчас подробнее о нем, пожалуйста. Я буду вносить в протокол.

– Тоже мне рассказывать?

Взглянув на горестно всхлипывающую мать Ярослава, майор кивает.

– Мы с Градскими дружим примерно двадцать пять лет. Практически все это время живем по соседству. Наши дети проводят вместе много времени. У Сережи и Ники два сына, у нас только Машка. Но они все как родные.

– Свадьба была у старшего сына Градских?

– Да, у Никиты. Ярослав – младший. Они с Машей ровесники, родились в один день.

– Какие у них отношения?

– Я же сказала, все трое как родные. Они постоянно, перебежками, носились из дома в дом, вместе играли, ходили в школу. Все праздники тоже вместе.

– Хм… Нет, сейчас только касательно Ярослава и Марии. Могла у них быть любовная связь?

– Нет, – отвечает Ева без заминки.

Но лично я, учитывая некоторые предшествующие события, не настолько уверен.

– Хм… Ладно. По вашему мнению, они могли сбежать?

– Они хорошие дети, – вставляет дрожащим от эмоций голосом Ника. – У них не было причин убегать.

Полицейский качает головой и пожимает плечами.

– К сожалению, очень часто дома и за его стенами наши дети – это разные люди.

– Давайте без вот этой дерьмовой философии. Займитесь лучше поиском, – цежу я, теряя терпение. – Если с ними что-нибудь случится, я этот город с землей сровняю.

– Мы понимаем ваши переживания, Адам Терентьевич, – прокашлявшись, нудит майор все тем же бубняще-бездушным тоном. – И делаем все, что в наших силах, чтобы их найти. В частности, прорабатываем различные версии. Старайтесь сохранять спокойствие…

– Это, мать вашу, мой ребенок! Ее три дня нет дома! Как я могу быть спокоен?!

– Я понимаю… Поверьте мне, понимаю, – с хрипом вздыхает. – Возможно, есть люди, которые желают вам зла?

– Вы знаете, кто я такой. Конечно, есть.

– Хорошо, хорошо… Сейчас давайте так… Что они делали, когда вы видели их в последний раз?

– Танцевали. Перед этим Яр отозвал меня, – проговариваю то, что уже сообщал. – И предупредил, что они с Машей поедут кататься.

– И вы разрешили?

– Почему я должен был не разрешать? Им восемнадцать. Они оба адекватные. И не пьющие.

– То есть алкоголь они точно не употребляли?

– Маша, в принципе, не употребляет алкоголь. У Ярика подготовка к чемпионату.

– А чемпионат у нас по чему?

– Боевое самбо. Он в составе сборной.

– Хорошо. В Instagram Марии последние фотографии у моря. Поймите меня правильно… Мы подключили водолазов. Делаем все, что в наших силах. Но… В общем, это море. Не всех быстро находят.

– Ты, сука, что такое городишь??? – взрываюсь я. – Они живы! Живы! Понятно всем??? – оглядываю находящихся в кабинете. Глаза блестят даже у моей стальной Евы. Приседаю рядом на корточки, начхав на всех и вся. – Если она с Яриком, он ее в обиду не даст.

– А машину Ярика нашли на окраине города. Но нет никаких улик, указывающих на то, что с ним находился кто-то еще. В салоне был только его телефон. Кстати, интересная у них с Марией аудиопереписка. Давайте, послушаем.

Жмет на экран.

– Ты на хрена меня сдала, святоша? Знаешь же, что я захочу, шею тебе сверну!

– Убейся об стену, Ярик! Не сдавала я тебя. Мне, в принципе, посрать, где ты и с кем. Это все Ридер.

– Это последнее. А вот за пару дней до этого… Спортсмен Ярик, кхм… – снова касается экрана.

– Выходи гулять, святоша. Жду во дворе.

– Ты пьян, что ли?

– Совсем чуть-чуть.

– Ладно. Мне как раз скучно. Выйду, если пообещаешь не снимать с меня платье.

– А приподнять?

– Застрелись, Градский!