Крепость демона 2 (СИ)

Вторник, 6 октября, Грань Тор

Я не знала, во сколько Алан собирается вставать, поэтому приготовила завтрак заранее и оставила на столе под термощитом, вместе с кофе и печеньем. Мысль испечь булочки или заказать пахлаву мелькнула и пропала – я не хотела заморачиваться, и не хотела копаться в себе, выискивая причины этого нежелания.

«Ему всё равно нет разницы, он готов есть что угодно, с бешеной скоростью и не глядя.»

Собравшись для учёбы, я выехала чуть раньше, чтобы успеть заскочить на почту за посылкой. Но забрать её не удалось – на почте мне сказали, что посылка крупногабаритная, поэтому хранится на складе, и чтобы её забрать, мне нужно сначала заполнить документы и согласовать время доставки, я договорилась на завтра и поехала на учёбу.

Никси не было, я удивлялась тому, что всё ещё этому удивляюсь. Но конспекты вела прилежно, и ответственно их копировала в библиотеке, подшивая в папку, как будто однажды Никси откроет этот синий ворох и внимательно перепишет к себе в тетради, ну или хотя бы прочитает перед экзаменами. Я сама в это не верила, но пообещала ей, и поэтому делала – моя совесть чиста.

На обед я хотела пойти с Сари, но возле её аудитории случайно подслушала её разговор с подружкой о том, что она совершенно забыла друзей из-за меня. Подружка обиженно ныла и дула губы, Сари извинялась и объясняла, что это всё ради исследований, потому что её проект очень важен для неё, а помочь ей с ним лучше меня не сможет никто. Подружка продолжала дуться и вздыхать, Сари убеждала её в том, что исследование скоро закончится и всё станет как раньше, а я тихонько отступила за угол и пошла обедать одна. Одиночество меня никогда не утомляло, в отличие от компании, да и становиться причиной Сариных социальных конфликтов не хотелось, хватит с меня Никси.

После учёбы я поехала в торговый центр за бельём и ещё одной банкой растворителя косметики, чтобы в общежитии он тоже был, а оттуда пошла в храм Просвещения пешком, хотелось прогуляться и посмотреть на город. С появлением «Джи-Транса» центральные улицы изменились, обросли рекламными плакатами и новыми яркими вывесками, один из старинных маленьких особняков вообще превратили в храм, я шла мимо, смотрела на новую вывеску и пыталась вспомнить, что здесь было раньше.

«Вроде бы, какой-то клуб ветеранов.»

В моих знаниях по истории Верхнего был пробел примерно в семьдесят лет, я начала изучать её с самых ранних дат, и до современности ещё не дошла, отодвинув эти занятия ради занятий на демонские темы.

«Нужно выделить время и наверстать.»

Проходя мимо ворот храма, я увидела за оградой, прямо под деревьями небольшого садика, прилавки с книгами, какой-то атрибутикой и просто ящиками для пожертвований, вдоль прилавков ходили люди в одинаковой одежде и что-то приветливо рассказывали посетителям. Когда я почти дошла до конца ограды, мне преградила дорогу человеческая женщина, с таким видом, как будто хочет мне сказать, что у меня что-то из кармана выпало, я сняла наушники и посмотрела на неё с вопросом. Она заглянула мне в глаза, и с улыбкой работника месяца из сферы продаж, спросила:

– Вы знаете, какая книга самая важная для человечества?

Я всерьёз задумалась, мне никогда не приходило в голову, что может существовать какой-то топ из лучших книг, их было слишком много. Но долго раздумывать казалось неприличным, и я всё-таки выбрала одну, ориентируясь именно на человеческую расу:

– Кодекс законов о труде?

Улыбка женщины застыла в неестественной напряжённой гримасе, в глазах, в которых до этого было по-детски незамутнённое желание поделиться радостью, появилась некоторая осмысленность. Она помолчала секунду, потом сказала:

– Спасибо, – обошла меня и пошла дальше. Я посмотрела на Брависа, который шёл за моей спиной и загадочно улыбался куда-то в неясную даль, потом на Алис, которая шла чуть впереди и слева, но она тоже не поймала мой взгляд.

«Поговорю об этом с Аланом.»

Я выбросила эту странную встречу из головы и пошла в храм Просвещения.

***

В храме я попеременно занималась переводом учебника для Сари, историей Верхнего и домашним заданием на завтра. Алан за весь день ни разу не позвонил и не написал, и я не стала. Поехала в отель после одиннадцати, добралась почти к двенадцати, Алан был в конференц-зале, но, на удивление, один. Я всё равно не стала его отвлекать, пошла в свою спальню, переоделась, взяла книгу про енота и пошла на кухню за чаем. И когда чайник закипел, пришёл Алан. Остановился в дверях, медленно провёл взглядом по моему телу снизу вверх, от мягких домашних туфель, к тёплому халату и выше до причёски, которую я ещё не разбирала. Дошёл до лица и устало улыбнулся, сразу же опуская глаза:

– Привет, – я кивнула, он указал на мою чашку с чаем, – и мне сделаешь?