Кремлевское кино (Б.З. Шумяцкий, И.Г. Большаков и другие действующие лица в сталинском круговороте важнейшего из искусств)

Научный консультант серии «Страницы советской истории» А. К. Сорокин

© Сегень А. Ю., 2021

© Фонд поддержки социальных исследований, 2021

© Государственный центральный музей кино, иллюстрации, 2021

© Российский государственный архив кинофото-документов, иллюстрации, 2021

© Российский государственный архив социально-политической истории, иллюстрации, 2021

© Политическая энциклопедия, 2021

Ведущий редактор Е. Д. Щепалова

Редактор В. Т. Веденеева

Технический редактор М. М. Ветрова

Выпускающий редактор Н. Н. Доломанова

Верстка Т. Т. Богданова

Корректор К. В. Васильева

«Дух революции носился над русской землей. Какой-то огромный таинственный процесс совершался в бесчисленных сердцах. Личность, едва осознав себя, растворялась в массе, масса растворялась в порыве». С этой цитаты из Троцкого начинался фильм, две недели назад показанный не где-нибудь, а в Большом театре. И это сразу после того, как очередная попытка троцкистов смести со своей дороги своего главного соперника потерпела на очередном съезде партии полный провал.

Тощий, словно гвоздь, человек, по иронии судьбы, носил весьма «упитанную» фамилию — Товстуха. С некоторых пор сей уроженец Черниговской губернии служил при генсеке помощником по делам, о которых знали только он и Сталин. Товстуха стоял в кабинете вождя Страны Советов и докладывал по всем пунктам, набросанным Сталиным еще тогда, 24 декабря 1925 года. Теперь же шел год 1926-й.

— Эйзенштейн Сергей Михайлович, родился в тысяча восемьсот девяносто восьмом году в Риге. Отец — Михаил Осипович, из еврейской купеческой семьи, гражданский инженер, спроектировал и построил в Риге несколько десятков доходных домов особой архитектуры стиля модерн. Мать — Юлия Ивановна Конецкая, из русской купеческой семьи. Страшненькая. Ясно, что женился он на ней ради денег. И потом терроризировал. Маленький Сережа насмотрелся в детстве родительских скандалов, оттого и вырос нервным и впечатлительным. Кончилось разводом, Сергей остался жить с отцом в Риге, а мать переехала в Петербург. Ему разрешалось навещать ее только два раза в год, на Рождество и Пасху. Окончил реальное училище и поступил в институт гражданских инженеров. В семнадцатом году призван на военную службу по школе прапорщиков, затем вступил в Красную армию, ездил в агитпоездах в составе шестой действующей армии. Работал и художником-декоратором в красноармейских театрах. По окончании Польской кампании приехал в Москву, намеревался поступить в Академию Генштаба переводчиком, поскольку имеет талант к изучению иностранных языков, свободно владеет английским, немецким и французским.

^{И. В. Сталин.1918–1920. [РГАСПИ. Ф. 558.Оп 11. Д. 1650. Л. 14]}

^{Большой театр. 1925. [Из открытых источников]}

— А вы, Иван Павлович? — спросил Сталин.

— Я только немецким и французским. Выучил, когда жил в Австрии и Франции. В Академию Генштаба Эйзенштейн так и не попал, устроился художником-декоратором в Первом рабочем театре Пролеткульта, поступил в высшие режиссерские мастерские к Мейерхольду, стал сам ставить спектакли.

— Такие же идиотские, как сам Мейерхольд?

— Ну да, примерно. За слом старого театрального искусства и создание нового, новаторского.

— То бишь, глупого и уродливого, — подчеркнул свое отношение к новаторскому театру Сталин.

— Ну, в общем и целом да, Иосиф Виссарионович. Придумал новое понятие: монтаж аттракционов. Он призван воздействовать на самые яркие эмоции зрителей.

— Собственно, это мы и увидели в фильме «Броненосец „Потемкин“».

— Именно так. Он взял пьесу Островского «На каждого мудреца довольно простоты», но камня на камне от нее не оставил. Я смотрел этот спектакль. Вместо сцены — арена цирка, над головами у зрителей натянуты тросы, и актеры по ним скачут как обезьяны. Вместо текстов несут нечто невразумительное и нечленораздельное.

— Понятно, чисто мейерхольдовский балаган.

— Один из аттракционов в этой же постановке — небольшая фильма, называется «Дневник Глумова». В ней размалеванные актеры, среди которых и сам Эйзенштейн, корчат мерзкие рожи, показывают кукиши, забираются по веревке на высокую башню, мужики переодеваются в баб, превращаются то в детей, то в ослов, этим ослам целуют хвост, мужик с мужиком идут венчаться, и их венчают, а под конец опять показан кукиш. Словом, отвратительная чехарда.

^{Афиша. Фильм «Броненосец „Потемкин“». 1925.Реж. С. М. Эйзенштейн, Г. В. Александров. [ГЦМК]}

— Новое искусство! — с неприязнью произнес Сталин.