Кремлевский джентльмен и Одноклассники

Карнавал в Буэнос – Айресе отмечают весь февраль. Но Тамара наведалась в город не ради чужого праздника.

На карнавале отплясывают специально обученные артисты групп «мургас». Теперь Томка смогла бы их заткнуть за пояс – не зря же анонимно последний месяц мучилась и зубрила па сальсы и фламенко, RnB и Go-Go, то есть брала уроки танцев у трех хореографов Большого театра. Но не было у нее такой задачи, демонстрировать класс перед жителями чужой столицы… Если это не увидит он. Ее Принц.

Кстати, ради Принца она и посетила этот отдаленно напоминающий Париж латиноамериканский городок. По оперативным данным герой ее романа сейчас ошивается на приеме в одном из посольств близ площади Пласа де Мажьо. И не с верным своим адъютантом Вихорем разводит дипломатию, а с какой-то перуанской беллетристкой, прости, Господи. Приглашение на прием Тамаре организовали за пятнадцать минут. Жаль, туда нельзя нарядиться по – карнавальному, в перья и блестки. А то бы она научила эту перуанскую клячу, что такое настоящая самба.

Но взятые уроки танцев, особенно обратное сальто в акробатическом рок – н-роле – были секретным оружием, победить Томка надеялась и без этого. Принц ее увидит, они бросятся друг другу в объятия и будут жить долго и счастливо.

– Здравствуйте.

– Буэнос диас! Комо эста?

– Муй бьен, – так подсказали те, кто организовывал приглашение. Всегда отвечай: «Муй бьен».

– Сегодня у нас вечеринка для своих. Будьте, как дома.

Только гостья вошла в парадный зал, настроение стало стремительно портиться. Оказывается, для своих – это как раз блестки и перья. А Тамара, будто дура, упаковалась по офисной моде. Тридцатиминутный макияж для своего расчудесного Принца возводила…

Здание посольства строилось лет сто пятьдесят назад. В Москве полно особняков с похожей планировкой. Тамару нечаянно толкнули раз – другой. Действительно, это был не светский прием, а вечеринка, чтоб им ёгурта весь век не видать.

В руке Тамары появился бокал с пряным коктейлем. Попробовала. Жуть и гадость. Поставила, отпив всего чуть – чуть, на поднос симпатичному латиносу – официанту.

Не стоило пробовать коктейль в здешней толчее. Кондиционеры не справляются, кровь прилила к лицу, того и гляди, макияж поплывет. Тамара позволила оттеснить себя к окну, надеясь уточнить у своего отражения, что все в порядке.

– Тамара?

– Здесь есть, где умыться? – сказала она совсем не те слова, что приготовила к их встрече.

– Я так и думал, что ты придешь, – подарил Принц девушке свою знаменитую загадочную улыбку. И, скажите пожалуйста, что прячется за этими словами: ирония, радость, досада? – Не дуйся на этих людей, – сказал Принц, галантно, под локоть провожая к дамской комнате. – Они не виноваты в твоем плохом настроении. Единственный виновник – я.

– И красавица из Перу.

– Зная, что появишься ты, я подсказал перуанской охотнице за светскими сплетнями более интересное занятие, чем посольский прием.

– Знакомый типаж, вокруг тебя традиционно вьются охотницы за сплетнями. Она на тебя запала? А ты? – конечно, вместо этих слов следовало сказать совсем другие. Например: «Я по тебе скучала, а ты?». Но не умела Томка так беседовать.

– А я уже заказал билет домой, – мягко парировал Принц. Ну, хватит уже ему так улыбаться. – Кстати, ты где-то остановилась?

Если бы Тома не знала досконально героя своего романа, то приняла бы последнюю фразу за шаг навстречу. Но, увы, ничего кроме вежливости, слова Принца не скрывали.

– Переночую в российском посольстве.

– Тогда-то уж точно сплетен не избежать. Давай лучше у меня. Один знакомый уступил на месяц свою виллу. Хоть выспишься.

– А ты?

– Билет заказан на сегодня.

И, прекрасно сознавая, что в таком тоне говорить нельзя, Тамара спросила со своей не менее знаменитой ядовитой интонацией:

– Значит, ты, узнав, что я ищу тебя по всему Буэнос – Айресу, тут же из Буэнос – Айреса лыжи навострил!?..

В общем, похвастаться перед Принцем, как лихо научилась танцевать, Тамаре не удалось.

Это последний снегопад, подумал он. Город утонул в белых пушистых хлопьях, город будто бы исчез. Но все, снега больше не будет.

Он стоял на ротонде роскошного отеля. Выше всех. Меховой плащ надежно сохранял в тепле руки и плечи, мороз почти не чувствовался. Снег перестал идти, и в прозрачном сыром воздухе отлично были видны огни города внизу, и подсвеченные беспорядочной суетой этих огней низкие косматые облака над головой.

Он ненавидел этот город, огромный и плоский, где взгляду не за что зацепиться. Тот, кто любит стоять выше других, вполне закономерно будет предпочитать отели – современные высотные отели, чтобы из простого президентского люкса на сороковом этаже открывался вид на сорок километров до горизонта. И можно было постоять ближе к полуночи спокойно, неподвижно, с бокалом «Токая» в руке.