Краткая история цинизма

Автор «Бога как иллюзии» Ричард Докинз предложил арестовать папу римского Бенедикта.

Инициатива на первый взгляд шокирующая, но юридически вполне здравая, более того, легко осуществимая. Мировые СМИ злорадничают, что Бенедикта должны повязать в том случае, если он решится посетить Англию. Причем повязать не по какой-нибудь красивой статье, а за элементарное потворство педофилии, ставшей основной забавой возглавляемой им организации. Дождется мир этого очаровательного шоу или нет, уже не суть важно. Важно, что озвучено твердое и очень понятное намерение, а мир сопроводил это намерение понимающей ухмылкой.

Этот факт лучше сотен публикаций и тысячи полемик не только цепляет виртуальные наручники на понтифика, но и сколачивает последнюю позолоту с олицетворяемых им идей.

Более того, педофильское бельишко может быть быстренько перетряхнуто по всему миру, причем не только у католиков. Благо и все родственные католицизму конфессии широко практикуют сексуальные преступления с детьми, то ухитряясь затихарить факты, то мощно оскандаливаясь в судах и прессе. Ведь не только прелаты и кардиналы могут застенчиво рисовать маленьких голеньких мальчиков и девочек на «фюзеляжах своего благочестия», по и представители практически любого иного направления религиозного бизнеса, и, как выяснилось из новейшей истории церквей, одинаково хорошо маленькие попки «идут и под квасок, и под бургундское». И, естественно, везде и всегда эту практику пытается скрыть митропосное начальство. Так что визит и какого-нибудь другого иерарха в Лондон (не так тщательно выбритого, как Бенедикт) тоже может быть прерван банальным взмахом дубинки констебля с последующим этапированием и водружением «святейшества» на пары куда-нибудь в Броунзфилд.

Этот ажиотаж выглядит странно. Редкостная развратность духовенства давно стала хрестоматийным фактом и новостью уж никак не является, но банальный для церковной практики факт поповских шалостей с мальчиками получает статус сенсации. Впрочем, тут все ясно: педофильские скандалы — это первая плата церквей за попытки активно участвовать в так называемой общественной жизни. Активизация церковников тоже понятна: конфессиям необходимо расширять рынки сбыта религиозных услуг, причем как сбыта самой «благодати», так и сопутствующих ей аксессуаров (в виде свечек, картинок и пр.). Сверхприбыль от «торговли ничем» кружит головы и выманивает клириков из отведенных им эпохой Просвещения норок.

А вот и напрасно. Неприкосновенности в так называемой общественной жизни нет ни у кого. Невозможно участвовать в оной и не получать по бритой или волосатой физиономии, а особенно представителям той идеологии, которая породила и баюкала инквизицию, двадцать веков провоцировала религиозные войны, душила науку, смачно уничтожала как целые культуры, как и любое частное инакомыслие.

Но педофильские скандалы — это еще, кажется, малая толика тех бед, что ожидают конфессии. Неминуема и очередная ревизия той идеологии, которую они представляют. Причем ревизия куда более суровая, чем та, что устраивали Гольбах или Дидро. А идеология как не имела никаких обоснований, кроме строго фольклорных (еврейские народные сказки), так и не имеет. Методы, традиционно и успешно применяемые торговцами «благодатью» для защиты и аргументации своего бизнеса, теперь вульгарно подсудны. А никаких других аргументов, столь же конструктивных и доходчивых, как костры, замуровывания заживо, утопления, уничтожения книг у клерикалов не появилось, да и не ожидается.

Естественно, опять проявится вечный и ужасно неприятный вопрос: а есть ли у «товарищей попов» хоть какая-нибудь справочка, которая удостоверяет, что они действительно представляют интересы некоего сверхъестественного существа?