Красная драконша (ЛП)

Леа Дуэ

Красная драконша

Хроники огненного шипа — 3

Перевод: Kuromiya Ren

Двенадцать принцесс Итурии

Лили

Ее королевское высочество принцесса Лили, первая дочь и кронпринцесса Итурии

Гвен

С неохотой играет на арфе и любит лошадей

Хейзел

Коллекционирует блестящие вещицы

Меланта

Близняшка Мары, создает карты, умело метает кинжалы

Мара

Близняшка Меланты, любит все шоколадное и собак

Нейлан

Садовница, книжный червь и любимица драконов

Джуния

Целительница, любит все розовое

Корал

Любит балы и танцы

Лазурь

Бесстрашно бегает и владеет оружием

Айви

Наблюдает и хранит секреты

Руби

Близняшка и художница

Рен

Близняшка, художница, любит драконов

Глава первая

«Никто мне никогда не говорил, как одинока независимость».

Принцесса Меланта, четвертая дочь Итурии, прицелилась в пень в десяти футах от нее и бросила кинжал, который кружился, пока не попал рядом с предыдущим ударом.

Она заговорила со своим конем, щипавшим летнюю траву.

— Видел?

Он даже ухом не дернул.

Она впервые была абсолютно одна, но уже начала говорить со своей лошадью всего через пару недель.

Она закопала остатки сгоревшего обеда под одним из нескольких дубов на лугу, надеясь, что слой грязи скроет запах жженого фазана для тех, кто будет ехать по дороге. Ее сестра-близнец Мара была экспертом в еде. Если Меланта могла поймать и разделать, Мара могла приготовить. Но она оставила Мару и десятерых сестер с родителями. После унижения, что она пережила на свадьбе их второй старшей сестры и принца соседнего королевства, Мел сбежала с помощью Мары.

Прощайте, дворцы, обвиняющие взгляды и непостоянные принцы.

Она вытащила метательный нож из-за пояса и прицелилась снова. Бам. Она улыбнулась, когда попала в двух дюймах от предыдущего. Из всего оружия, что она попробовала за годы, кинжалы были ее любимыми. Мама делала вид, что не знала о доске для метания, которую Мел прятала за гобеленом в гостиной. Пока сестры Мел вышивали, рисовали или занимались другими делами, подобающими принцессам, оставаясь в замке, она тренировалась метать ножи. Она неплохо научилась этому за годы и могла попасть в неподвижную и двигающуюся цель девять раз из десяти разными кинжалами. Она не могла сказать то же о луке, а меч в ее руках был такой же бедой, как половник.

Пожилая пара шла по дороге неподалеку. Она вытащила кинжалы, хотя у нее было еще шесть на поясе, и встала в пятнадцати футах от пня. Она помахала.

— Добрый день!

Глаза женщины округлились, мужчина помахал в ответ, его рукав рубахи хлопал.

— Добрый день, мисс! — крикнул он. Они продолжили идти, часто оглядывались, пока не пропали за поворотом.

Последние несколько деревень, что она миновала, были неожиданно приветливыми. Люди останавливали ее порой, охали при виде ее волос, заплетенных в косу до пояса. Хотя она не была рыжей, как ее сестра Корал, ее пряди были медными, но любой не черный или темно-каштановый цвет в этих краях был новинкой. Конечно, ее бледная кожа и веснушки добавляли зрелища.

И ходили слухи.

Она решила отправиться на северо-восток в королевство Мазереон, потому что ходили слухи о проклятии, которое могла снять только рыжеволосая девушка. Она редко обращала внимание на придворные слухи, особенно когда появились слухи и про нее с Марой и принца, что не мог различить их, хоть они и не были идентичными, в отличие от младших Руби и Рен. Но Мел с сестрами освободилась от проклятия в начале лета, так что она считала себя опытной и решила проверить источник слухов. Если она заслужит себе репутацию вне дворца, может, когда-нибудь вернется. Или она сможет уйти с пути Мары и подальше от сияния сестер.

Она бросила сразу два кинжала, они погрузились в пень на расстоянии дюйма друг от друга. Она не заговорила с конем.

Она склонилась забрать кинжалы из пня, серый каменный дракон промчался по дороге, всадник в хлопающей темной мантии пронесся на нем. Только в Мазереоне обитали бескрылые драконы, что были быстрее любого коня и вдвое дороже. Она хотела как-нибудь рассмотреть такого вблизи. Может, даже покататься с… сестры не могли с ней прокатиться, у них такого и не было. Ее друг Орин был бы рад шансу прокатиться с ней.

Она вздохнула. Из всех, кого она оставила, по Орину она скучала больше всего. Кроме сестер, он был одним из немногих, кто слушал ее и воспринимал всерьез, не смеялся, когда она появлялась с грязью на лице или пятнами на платье.