Красивая улика

КРАСИВАЯ УЛИКА

Детектив

1

– Алло, полиция?! Стряслась беда.

Звонит вам Першин – ветеран труда.

Передовик, ударник пятилеток.

Писали часто обо мне в газетах…

– Поближе к сути, не нужна анкета, —

Поторопил его дежурный строго. —

Какая беспокоил вас тревога?

– Медаль имею, знаки, тридцать грамот,

До пенсии работал первым замом

Абрама, директора универсама…

– Конкретно, в чем причина?

О биографии потом, мужчина.

– Соседку молодую Бражник Риту

Зарезали жестокие бандиты.

А муж ее, Аркадий связан цепко,

Его избили, запугали крепко.

Он сообщил, что в масках двое

Проникли в дом, грабеж устроив.

Иваном Кузьмичом меня зовите.

Прошу вас умоляю, помогите!

Собачку тоже не забудьте взять.

Смотрел я фильмы, без нее нельзя

Найти и быстро задержать злодея.

Я буду у подъезда дать, скорее.

Под дома «козырьком» он ждал,

А дождь, как из ведра, хлестал.

Листву потоком бурным уносило

И было на душе его тоскливо.

«Ненастная осенняя пора,

Хозяин пса не гонит со двора, —

Вздохнув, Иван Кузьмич подумал. —

Народ теперь озлоблен и угрюмый.

Как в девяностых вновь бандиты

Схватились за стволы и биты.

Зарезали, убили душку Риту?»

2

К подъезду дома подкатил УАЗ.

Сошел на землю хмурый экипаж.

– Уж четверть часа ждал я вас, —

Их упрекнул отважно Першин. —

За это время доберется пеший.

– Не обижайтесь, ветеран труда,

В виду имейте, что полиция одна,

А преступлений совершают много,

Не успеваем к месту по тревоге.

Я– Резеда, руководитель группы.

Судмедэксперт, Требух, по трупам

Эксперт-криминалист Галина

И Алексей Филько, оперработник

Всегда дела расследует охотно.

Вся оперативно-следственная группа.

Ведите к месту нахождения трупа.

–А пес, овчарка ваша где?

Теперь поможет лишь она в беде.

Вдруг наведет на след злодея

И скрыться он от мести не успеет.

И праведный тогда свершится суд, —

Смахнул Кузьмич с щеки слезу.

– На выезде служебные собаки,

Ведь в городе убийства, кражи, драки.

Кинолог и овчарки в дефиците.

На место преступления ведите, —

Велел ему сурово капитан.

И к лифту пригласил их ветеран.

Поднялись на этаж они шестой

Столкнулись с шумною толпой.

Там женщины стонали и рыдали.

А мужики курили и ворчали.

– Я вам помог, жильцов созвал,

– Да, помогли, черт бы побрал, —

С досадой мрачно Резеда сказал.

–Табун людей, следы все затоптал,—

Посетовала вслух эксперт Галина. —

Увы,, давно типичная картина.

От дилетантов только вред,

Свинью нам подложили, дед.

На Першина взирала с осуждением,

И головой качала с огорчением,

– Зачем толпу, зевак собрали?

Ведь наследили, как на карнавале.

Не митинг здесь, а преступление,

Здесь навредит столпотворение.

– Не угодил? – застыл, опешил

От этих обвинений Першин. —

Кабы реакцию такую знал,

В прокуратуру подал бы сигнал.

Там люди вежливы, культурны,

Эмоции не выражают бурно.

Простите, виноват, не знал

И потому соседей я созвал.

Печальная традиция такая,

Чужое горе люди разделяют.

Тогда оно не столь ужасно,

А Рита –  человек прекрасный.

Была мне вместо дочери она.

Эх, погубил, будь проклят, сатана!

Жестоко отвернулась удача,

Теперь Аркадий горько плачет…

– Не суетитесь, не мешайте,

Полицию, как надо, уважайте, —

Ему начальник строго приказал

И Першин оробел, отвел глаза

Обида ветерана поразила:

«Они меня считают инвалидом,

А может, даже глупым паразитом».

3

– Посторонитесь, здесь не цирк! —

Велел всем Резеда и гул затих.

По сторонам соседи расступились.

До слуха офицеров просочилось:

– Куда  моя полиция глядит?

Средь бела дня орудует бандит.

За что с душою доброй и открытой

Убита зверски наша Маргарита?

В гостиной на полу в багровой луже

Лежала на полу. Кровь, ужас.

Разорвана сиреневая блузка

Грудь смуглая и бедра в юбке узкой.

Взял руку вялую судмедэксперт

И сообщил, что пульса нет.

Исход, как говорят, летальный

И запах крови приторно-печальный.

Бессилен перед смертью, даже Бог,

На вскрытие теперь путевка в морг.

А рядом в ней в прострации Аркадий.

Он локоны жены безумно гладил.

Как будто оживить ее пытался,

Цвет крови на руках его остался…

– Скажите Бражник, гражданин,

Злодеев сколько было иль один? —

Его начальник группы потревожил.

– О, смилуйся, прости нас, боже! —

Аркадий руки вверх воздел. —

Жену мою, судьбу не доглядел.

Злодеев двое, дикие, что звери

И Рита им сама открыла двери.

– Им сколько лет, приметы,

Во что обуты и во что одеты,

Был ли в словах какой акцент? —

Спросил дотошный офицер. —

Чтоб мы нашли их, опознали,

Нужны любые, даже мелкие детали.

– Не разглядел их толком,

Обуты в туфли и кроссовки.

Лет двадцать или даже тридцать,

Под масками скрывали лица.

С разрезами для диких глаз.

Одеты в куртки «Аdidas».

Акцент в речах кавказский,

Не удалось сорвать с них маски.

– Звучали имена иль погоняло?

– Общались меж собою мало.

Не называли ни имен, ни кличек,

Наверно подготовились отлично.

Когда б один грабитель был,

В бараний рог бы я его скрутил.

Но двое с пистолетом и ножом.

Я оказался плотно окружен,

Нет смысла нарываться на рожон.

Сама им двери отворила Рита.

Ее схватили грубо и сердито,

Потребовали грозно, деловито:

– Гони валюту, драгметаллы!

Рычали и глумились, как шакалы.

Сказал им – все, что есть, берите,

Но ради бога, Риту отпустите.

Эх, лучше бы она сама молчала,

Но почему-то смело закричала:

Идите прочь, не дам гроша!

И совершила роковой свой шаг.