Крайний Восток

***

Всем известно, что хан Хубилай, величайший правителей, владения которого простирались от Великого океана до Хазарского и Скифского морей, был поклонником поэтического творчества.

Радость покидает меня от того, что сохранилось лишь одно стихотворение – трёхстишие, название которого привести здесь не решаюсь про причинам, которые будут изложены впоследствии.

Всем известно также, что в браке Хубилая с Чаби, его второй старшей женой, народилось четыре сына и пять дочерей.

Судьба двух дочерей Хубилая: Мяоянь и Ху-ду-лу Цзе-ли-ми-ши, известна – Мяоянь приняла постриг и удалилась в монастырь Таньчжэ, что находится в Западных горах (Сишань), а Ху-ду-лу Цзе-ли-ми-ши стала женой Вон Чона – короля Корё.

Говорят, что судьбу их определил сон, что приснился обеим дочерям хана накануне его пятидесятого дня рождения. Согласно преданию, одной, той, что звалась Мяоянь, приснился синий дракон с зелёными глазами, а другой – красный с жёлтыми глазами. Хотя есть и другое предание, свидетельствующее о том, что события развивались совершенно иначе: Мяоянь приснился красный дракон с жёлтыми глазами, а Ху-ду-лу – синий.

Однако история обычно умалчивает о судьбе трёх оставшихся дочерей: Асуудал, Тахал и Хар-Yхэл.

Легенда гласит, что после смерти Чаби, любимой старшей жены, Хубилай погрузился в пучину пьянства и обжорства, из которой вырваться ему суждено не было.

Поговаривают, правда, что пьянство и чревоугодие Хубилая связано, прежде всего, с провалом второй и последней попытки вторжения в Японию, когда запущенный богами-покровителями государства Страны восьми островов тайфун «Божественный ветер» уничтожил гигантское войско монголов, утопив корабли, насчитывавшие числом своим более тысячи. Не ладилось у хана и с завоеванием Дайвьета и Тямпы.

Впрочем, я отвлёкся, ведь речь здесь идёт о дочерях Хубилая и Чаби, оставшимися без матери и, почитай, без отца в достаточно юном возрасте.

Асуудал, Тахал и Хар-Yхэл в силу возраста склонны были к шалостям и причудам, свойственным избалованным и не привыкшим к каким-либо ограничениям в свободе своих действий личностям.

До Тахал, средней по возрасту из этой троицы, дошла молва, что отец её, хан Хубилай, помимо стихотворений, вписывающихся в рамки обыденной стихотворной формы, используя знания и умения своих советников, звездочётов, магов и провидцев, пишет так называемые магические стихи, прочтение одного из которых, да даже и доступ к его тексту были ханом категорически запрещены.

Разумеется, девица поделилась слухом со своими сёстрами Асуудал и Хар-Yхэл и с тех пор покой для них был утрачен. Они по крупицам собирали информацию из любых сплетен, слухов и молвы о магическом стихотворении, сочинённом Хубилаем.

Сплетни, одна невероятнее другой, доходили до их ушей. Говорили даже, что магический стих был причиной смерти их матушки Чаби, которой было от роду всего 54 года, и преданной ей служанки Люй Ши.

Мол, Чаби увлекалась поэзией, в том числе и сочиненной мужем её, и, втайне добравшись до исписанных Хубилаем листов с творениями стихотворной формы, среди которых был и этот проклятый стих, потребовала Люй Ши прочесть их вслух, дабы усладить слух свой.

Тела Чаби и служанки были обнаружены челядью, когда Хубилай озаботился тем, что любимая старшая жена не изволила лицезреть его в течение дня. По полу были рассыпаны листки с каллиграфией, а в руках Люй Ши был зажат листок с роковым стихотворением, состоявшим из трёх коротеньких столбцов.

Каково же было горе хана, когда он узнал о смерти жены! Однако ещё больше он был потрясён догадкой, молнией пронзившей его мозг, что жена его погибла из-за его увлечения сложением магических стихов.

Он приказал трём своим советникам уединиться в одной из бесчисленных комнат императорского дворца в Ханбалыке с одним из слуг и, заткнув предварительно уши так, чтобы ни одно слово из стихотворения не достигло их слуха, приказать слуге прочесть вслух написанное на листке, обнаруженном в руках бедняжки Люй Ши.

Худшие опасения хана подтвердились – прочтя вслух все три столбца иероглифов, слуга упал замертво, что было засвидетельствовано советниками Хубилая.

Неизвестно, то ли присущее женскому полу любопытство, то ли врождённая злонамеренность послужили причиной произошедшего впоследствии – нам остаётся лишь гадать.

Составив примерное представление о том, что произошло в императорском дворце, через продажного хранителя манускриптов (эта продажность ему впоследствии дорого обойдётся – по указанию хана его заживо сварят в кипятке, впрочем, об этом далее) девицы Асуудал, Тахал и Хар-Yхэл заполучили листок со злосчастным трёхстишием.